Злодейка в академии. Сбежать от куратора (СИ)

— Не поймёте, что я не опасна? — вздыхаю я.

— И это тоже. Прошу в круг. Это неизбежно, Ирма, и чем больше ты сопротивляешься, тем больше мы тратим время впустую.

Кажется, спорить действительно бесполезно, придётся справиться самой, как-то успокоить эмоции. В принципе, подобный опыт у меня был, может, ничего страшного и не случится?

Подхожу к кругу, а Ульрих вкладывает мне в руку повязку на глаза. Она какая-то специальная?

— Или борись, или пойми, что все твои страхи пустые. И всё получится.

Звучит ободряюще, вот только я не очень-то вдохновляюсь.

Это магия, а она — совершенно пока что непонятная для меня штука. Всё, чему я научилась, это давать команды фамильярам.

Но делать нечего — снова вздыхаю, шагаю в круг и завязываю себе глаза.

Вокруг пустыня, а я совершенно одна. Я даже вздрагиваю от реалистичности картинки, и только еле различимый аромат хвои в одеколоне Ульриха и прохладный воздух зала дают мне понять, что на деле никуда я не перемещалась. Будем считать, что надела очки виртуальной реальности.

Но от этого легче только отчасти: передо мной возникают тени, силуэты людей, они окружают меня и что-то кричат, обвиняя в чём-то. Первая реакция — сделать шаг назад, но я не могу, ноги словно приклеились к полу.

Прислушиваюсь к голосам, и совершенно зря. «Тебе тут не место», — шипит один. «Она опасна, изолируйте её от общества», — выкрикивает другая тень. «Нельзя вырасти нормальным человеком в таких условиях», — а это словно голос моей учительницы.

Чёрт. Голоса будят во мне страх, глубинный страх остаться одной.

Я рано потеряла родителей, а из-за того, что у нас с бабушкой было мало денег, росла практически изгоем. Но вроде бы справилась, только здоровье начало портиться, и тут «здравствуйте»: я снова одна в чужом мире, и Ария пытается всех настроить против меня.

Нет уж. Внутри закипает злость. Я не позволю ей это сделать! И Крису, и Ульриху не дам обвинять меня в том, чего я не делала!

Вокруг прямо из воздуха вырастает клетка с тёмными прутьями.

«Так ей и надо», — шипят тени, — «Оставим её». Они исчезают, а клетка начинает сжиматься. Бью со всей силы по клетке, но ничего не происходит, даже намёка на то, что она может погнуться или сломаться, нет.

Я злюсь от бессилия и несправедливости, продолжаю бороться, но клетка становится только крепче, сжимается, уменьшается и вот-вот начнёт давить меня… Мне тяжело дышать.

Этого я по-настоящему пугаюсь. Пытаюсь кричать, но из горла не вырывается ни звука.