«Злой гений» Порт-Артура

Однако начавшаяся война с японцами кардинально изменила его положение — теперь до генеральских погон только руку протянуть, до первого удачного дела против неприятеля, ведь тогда толстые жгуты канители на эполетах уже по одной только занимаемой должности положены!

Но о своем потаенном желании командиры полков никому не рассказывали, даже младшим по чину офицерам. И все дело в том, что старого генерал в дивизии любили — причем искренне. И выражение этой привязанности у нижних чинов выражалось в прозвище, которым они наделили своего начальника дивизии — «Фока».

То ли в честь героя русской народной сказки, что «на все руки дока», либо уменьшительно-ласкательное увеличение фамилии на одну букву. А это о многом говорило — никто более такой популярностью у солдат в Порт-Артуре не пользовался, даже близко.

Только на флоте был вице-адмирал Степан Осипович Макаров, которого матросы в Порт-Артуре любовно называли «дедушкой», и почитали всей душою. Но 31 марта он погиб, уйдя на дно вместе с броненосцем «Петропавловск» и почти всей командой.

— Что произошло, уже не изменишь…

Ирман тяжело вздохнул, покосился в сторону сидящего чуть ниже китайца — местных жителей по приказу начальника Квантунской области генерал-лейтенанта Стесселя согнали на строительство укреплений больше двух тысяч, недостатка в работниках не было. Как трудолюбивые муравьи, практически беспрерывно, они сновали на склонах сопок, и потихоньку, прямо на глазах вырастали люнеты и редуты, вырывались траншеи и окопы, в два, а кое-где и в три яруса, с защитными козырьками, брустверами с амбразурами.

Возводились и укрытия для пехоты и артиллеристов — блиндажи и капониры, способные противостоять обстрелу из полевых орудий.

Гора Наньшань превращалась в неприступную твердыню, за ней уже принялись возводить вторую линию обороны — от станции Тафаши, что на берегу бухты Хунуэза, до Цзиньчжоуского залива на западе. Ширина второй линии обороны была пять верст, чуть больше, чем у Наньшаня, но позиция располагалась всего в двух верстах от этой горы.

И являлась намного более крепкой — цепь сопок буквально перегораживала путь вглубь Ляодуна, оставляя два узких прохода, и оба вдоль берега заливов.

Там только начали возводить укрепления и отрывать окопы силами личного состава двух полков бригады генерал-майора Надеина, и нужно не менее месяца, чтобы Тафашинская позиция стала не слабее Цинчжоуской.