«Злой гений» Порт-Артура
- Автор: Герман Иванович Романов
- Жанр: Легкое чтение, Фантастика, Попаданцы
Онлайн-библиотека книг
Вы понимаете, о чем я?!
Вопрос был задан в лоб, и Александр Викторович понял, что наступил решающий момент. Скрывать знания не стоило, и он негромко начал говорить, видя, как с каждым его словом Алексеев впадает в какую-то странную задумчивость, но слушает очень внимательно.
— Под флагом Того шесть броненосцев английской постройки, вполне однотипных четыре — «Микаса», «Асахи», «Сикисима» и «Хатсусе». Вторые два чуть постарше и не такие совершенные — «Фудзи» и «Ясима». Плюс два броненосных крейсера итальянской постройки под флагом Мису — «Ниссин» и «Кассуга».
— Тогда послушайте, раз хотите — 30 июля, ровно через три месяца, императрица Александра Федоровна родит цесаревича Алексея.
— Наследника престола после четырех дочерей?! Слава богу…
— Не торопитесь, Евгений Иванович — помните, дар есть проклятие. Дело в том, что «гессенская муха», — Фок сознательно назвал царицу оскорбительным прозвищем, услышав которое Алексеев дернулся, — является переносчиком крайне опасного наследственного заболевания, носителями которого являются исключительно женщины — они им не болеют. Но рожденные ими мальчики обречены! У них несвертываемость крови, гемофилия — об этой болезни знают немногие врачи, и средств лечения от нее просто нет! Любой порез ведет к смерти, обычный синяк может стать причиной гибели — а разве дети не падают?!
Лицо Алексеева побледнело, но Фок видел его глаза, и понял — ему поверили, причем в каждое слово — ибо в глазах наместника застыл нескрываемый ужас.
— Кайзер Вильгельм прекрасно знал о том, потому и поспособствовал браку. И каково будет нашему царю, когда он узнает, что сын смертельно болен, а все пять дочерей являются переносчиками опасного заболевания, и никто не захочет иметь от них сыновей?! Это расплата за то, что Николай женился по любви — монархи не имеют право на чувства, и должны руководствоваться исключительно интересами державы.
Наместник застонал, обхватил голову ладонями. Потом поднял на Фока очумелый взгляд — в нем была чудовищная смесь отчаяния, горя и надежды.