«Злой гений» Порт-Артура

А уж когда доты, то есть бетонированные «долговременные огневые точки» будут готовы, то японцы здесь могут куковать хоть до полного троянского цикла.

— Они подтянут осадную артиллерию, установят ее за Цзиньчжоу, и раздолбают в пух и прах гору Наньшань из 11-ти дюймовых мортир! И двинут на штурм пехоту…

— Инфантерия тут же попадет под перекрестный огонь наших дальнобойных батарей от Тифаншинских и Талиенваньских высот — их позиции закрытые, на обратных скатах сопок. Потери будут чудовищные, так что отойдут японцы не солоно нахлебавшись, — Фок усмехнулся, и, посмотрев на Алексеева, лукаво улыбнулся.

— Хорошо, взяли они гору Наньшань — их положение улучшилось или ухудшилось? Посмотри, сколько кругов гору накрывает и все окрестности к ней — и это наши мортиры в девять дюймом, с дальностью стрельбы у них не очень, но тут все великолепно.

Алексеев попробовал подсчитать кружки и стрелки, что накрывали гору Наньшань и весь перешеек, но сбился. Удивленно посмотрел на Фока, а тот пояснил, усмехнувшись.

— Генерал Белый, как только уяснил в чем суть концентрации артиллерийского огня, сам возглавил все работы по установке артиллерии, которые ведутся днем и ночью. Примерно половина орудий сухопутного фронта из Порт-Артура будет забрана — больше нет смысла, тут и так будет все плотно забито. И главное — семь верст чистого поля со стороны наступающих японцев губительны для них. Любую попытку установить осадную артиллерию пересечем в зародыше, если будет воздухоплавательный парк для наблюдения.

— Вытребуем, — произнес Алексеев, а Фок добавил:

— И броненосцы! Если они будут в Талиенваньском заливе, то любая попытка японцев атаковать как с суши, так и с моря будет встречена огнем крепостной и береговой артиллерии, поддержанных броненосцами. Так что держаться можно сколько угодно, хватило бы людей, боеприпасов и продовольствия. Если мы успеем протянуть хотя бы дней двадцать, и перевести сюда броненосцы — то оборону перешейка японцы не проломят, у них просто нет тех орудий, которые бы смогли это сделать.

Первый раз в своей жизни Александр Викторович находился на мостике боевого корабля, да еще какого — эскадренного броненосца «Севастополь». Не смог устоять перед искушением, ведь это было мечтой с юности. Вечером наместник предложил ему отправиться с ним в Порт-Артур.