— Вы не слишком похожи на свои парадные портреты, да и времени утекло немало… По-моему, вам вполне хватит шрамов и повязки на глазу, ваше высочество.
— Высочество? — пискнул Томбс.
— Заткнись, Томбс.
— Да, ваше высочество, уже затыкаюсь.
— А как насчет меня? — спросила Фишер.
— Перекрасьте волосы в черный цвет, и никто вас не узнает, — чуть поколебавшись, ответил Чанс. — Почти все, кого вы знали в те давние времена, уже умерли. А оставшиеся видели вас разве что мельком, да и то на расстоянии.
— Она тоже высочество?
— Заткнись, Томбс.
Не то скормлю тебя волку.
Перекраска золотистой гривы Фишер в угольно-черный цвет оказалась делом грязным, но на удивление быстрым, и нельзя было отрицать, что после операции она стала выглядеть по-другому. Изабель разглядывала себя в большом зеркале томбсовой ванной, яростно хмуря новые черные брови, затем повернулась к прохлаждающемуся в дверях Хоку.
— Скажи мне правду, или ты покойник.
— Ты выглядишь очень эффектно, — заверил ее муж, старательно пряча улыбку.
— И самое главное, ни капельки не похожа на Джулию. Удовольствуемся этим. А теперь нам действительно пора. Стражи наверняка сделают все возможное, чтобы избежать встречи с нами, но, готов спорить, оставшиеся в живых бандиты уже выстроились в очередь, чтобы в последний раз попытаться достать нас.
Фишер последовала за Хоком в гостиную. Чанс хранил бесстрастное выражение лица, тогда как Томбс при виде Фишер откровенно шарахнулся в сторону. Чаппи спрятался за ногами Чанса и зашелся в длительном приступе кашля.
— Так. Что теперь? — бодро поинтересовался квестор.
— Скачем к границам города во весь опор и не останавливаемся ни для чего, — ответила Фишер. — Как долго нам придется ехать, чтобы добраться до Трещины? Больше суток?
— У меня есть специальное заклинание от Магуса, — сообщил Чанс. — Как только мы окажемся за пределами города, я смогу призвать Трещину, и она откроется прямо перед нами. Тогда нам останется только проехать через нее и вот мы снова в Лесном королевстве.
— Проще некуда, — заметил Хок.
— При условии, что мы выберемся из города живыми. За эти годы мы обзавелись множеством врагов.
— И вполне заслуженно, — вставила Фишер.
— Ребята, вы вообще собираетесь уходить? — поинтересовался Томбс. — Все эти разговоры о врагах меня крайне нервируют. Я могу сходу назвать любое количество людей, которые с радостью разбомбили бы всю нашу улицу, только ради того, чтобы добраться до вас обоих. Порой и меня самого посещали подобные настроения.
