Тот улыбался и благосклонно махал им, словно привык к подобному обращению.
От стены до стены двор заполонили люди, которые подпрыгивали и вытягивали шеи, пытаясь получше разглядеть вновь прибывших. Высоко на дальней стене полыхал красками большой транспарант: «Добро пожаловать домой! Принц Руперт и принцесса Джулия! Спасители Лесной страны!!!» духовой оркестр пумпумкал национальный гимн. Воодушевление преобладало над мастерством, но никто не обращал внимания на подобные мелочи. Очевидно, путаные слухи о возвращении квестора опередили путников, и толпа собралась праздновать успешное завершение его миссии.
Двое юных пажей в полном церемониальном облачении гордо застыли по стойке «смирно» у воздвигнутого под транспарантом помоста с троном, держа в руках лиловые бархатные подушки с двумя королевскими коронами Лесной страны."
"Но рев толпы уже пошел на спад. Люди с нетерпением высматривали легендарные фигуры принца Руперта и принцессы Джулии, но не видели их. Квестора они знали, его собаку тоже, но два потрепанных персонажа рядом с ними не обладали ни малейшим сходством с парадными портретами Руперта и Джулии.
Поэтому народ пытался заглянуть Хоку с Фишер за спину в надежде увидеть кого-нибудь более симпатичного. Вскоре сделалось ясно, что там никого нет, и шум толпы быстро стих. Все пришли в замешательство. Духовой оркестр последним заметил неладное и продолжал играть, пока Чанс с Хоком и Фишер медленно ехали через толпу. Один за другим инструменты замолкали, по мере того как музыканты осознавали неловкость, и остаток пути трое всадников и Чаппи проделали в молчании.
Чанс натянул поводья у подножия огромной каменной лестницы, ведущей к главным дверям, и спешился. Хок и Фишер присоединились к нему в тишине. Слышен был каждый шорох. Капитаны держались настороже. Они-то знали, как быстро меняются настроения толпы, особенно если ей было отказано в том, чего ей действительно хотелось.
Чанс изо всех сил старался сохранять невозмутимость, но Чаппи жался к нему, недобро зыркая по сторонам, словно провоцируя людей учинить хоть что-нибудь.
Краем глаза Хок уловил движение и резко развернулся, когда распахнулись главные двери, и в сопровождении множества гвардейцев появилось знакомое лицо. Хок и Фишер передвинулись, чтобы стать вплотную друг к другу. Навстречу им по лестнице начал спускаться сэр Вивиан Хеллстром, главнокомандующий гвардией замка.
Худое, костистое лицо сэра Вивиана, бледное почти до бесцветности, венчала густая грива серебристо-седых волос.
