И Мани продолжала сидеть и дожидаться возвращения матери. Дожидаться, когда та вернёт ей дочь... нет, дочерей. Их у Мани вскоре станет трое. Интересно, сумеет ли она отличить свою родную дочь от мерзких подделок, созданных её матерью с помощью магии? Узнает ли она ту единственную, которую сама произвела на свет?..
– Вот твои дочери, моя дорогая девочка. Вот они. Я знаю, что ты будешь одинаково любить всех их.
Нестис стояла в открытом дверном проёме вместе с двумя своими слугами- скелетами. И каждый из них троих держал в руках ребёнка.
У Мани закружилась голова, комната покачнулась, всё поплыло перед глазами, пока она лихорадочно пыталась узнать свою дочь среди трёх совершенно одинаковых младенцев, которых видела перед собой.
– Возьми своих дочерей, Мани, – ликующим тоном воскликнула её мать, и слуги-скелеты одну за другой уложили девочек в сделанную в виде вороньего гнезда колыбель. – Взгляни на них. Они само совершенство.
Мани медленно поднялась на ноги. Ей казалось, что она пытается идти по грудь в воде.
Казалось, что всё это всего лишь кошмарный сон, что не может такого быть на самом деле, но...
Но они были здесь. Все три. Одинаковые, прелестные и невредимые.
– Они станут самыми могущественными ведьмами, каких знала когда-либо эта земля! Помяни мои слова, Мани. Твои дочери уничтожат всех наших врагов!
– Что ты сделала? Кем станут мои дочери?
Нестис расхохоталась в ответ. Ещё никогда Мани не слышала у матери такого смеха, полного злобы и жестокости, безумия и презрения.
– Они погрузят этот мир во тьму, моя дорогая.
Баллады о совершённых ими убийствах будут распевать в каждом королевстве!
Мани посмотрела на своих дочерей. Все они были совершенно одинаковыми, как три капельки воды, как отражения в трёх зеркалах.
– Которая из них моя? – спросила Мани, но её мать лишь ещё сильнее расхохоталась в ответ.
– Они все твои дочери, Мани.
– Но которая из них Люсинда? – воскликнула Мани. Воскликнула так громко, что две малышки, услышав её, заплакали. Третья молчала. Вот и ответ. Теперь Мани знала, которая из них Люсинда.
Её настоящая дочь. Её первенец.
– Все они Люсинда. И всегда будут Люсиндой. Она одна в трёх лицах, – сказала Мани её мать. – Однако дай им всем свои собственные имена. Дай каждой из них собственную силу. Дай им любовь и воспитай их. Они твои дочери. Все они.
С этими словами Нестис оставила Мани в детской наедине с её дочерями. Мани взяла на руки Люсинду, затем посмотрела на двух остальных малышек.
– Руби, – нарекла она одну из них.
