Ведь не только гостьи тут присутствовали, но и женщины ее клана. Если она сейчас сбежит, поджав хвост, - и все, ей уже никогда не заслужить авторитет. На кой черт тот авторитет ей был нужен, Лера пока не знала. Просто знала, что не уступит этим двум Змеям.
Но пытаться что-то до них донести?
Объяснить, что она ни сном ни духом, ее просто подружка пригласила посмотреть на экзотику? А, идя на эту свадьбу, не подозревала, что ее каким-то боком может коснуться этот «древний красивый обычай»? Что меньше всего на свете ее интересовали чьи-либо деньги, особенно деньги Далгета Умранова, о котором слыхом не слышала, и жила она в другом мире?!
Нет смысла.
Камаль, которого ей приписывают?
Ей вспомнился красивый темноволосый мужчина. Такой, каким она его в первый раз увидела. Полный превосходства взгляд синих глаз, циничная улыбка пользователя. Смотрел так, как будто уже купил ее.
А потом - кровь! Его кровь и ее. И как он мчался куда-то с ней на руках в тех жутких тоннелях. Собственный ужас, грязь! Его дикий напор, бесстыдные ласки, попытка ее изнасиловать.
И он же, но распластанный, полупридушенный, с мечом у горла. Жалкий. Выкрик этот его:
«Думал, тебе так просто сойдет с рук позор моей сестры?!»
Гад. Но его хотя бы можно было понять. «А вы, змеи подколодные? - хотелось ей сказать. - Способны только исподтишка жалить?»
С какой стати ей пытаться что-то им объяснить? Они же попросту не услышат, потому что привыкли мерить всех по себе. Хотят видеть в ней корыстную стерву? Увидят.
Но Лере нужно было время, чтобы успокоиться, подавить рвущуюся из души ярость.
Чем-то отвлечь себя. Она взглянула на тарелку, на которой лежало печенье с ашхи. Таньма заметила ее взгляд и сразу же отреагировала, выбрала из горки одно и подала ей. Лера поблагодарила, откусила кусочек, стала жевать.
И с невозмутимой улыбкой произнесла:
- Да? Очень интересно. А что еще обо мне говорят?
Неизвестно, чего именно от нее ждали, но точно не спокойного цинизма.
Казалось, воздух зазвенел от беззвучного взрыва эмоций. Обе нагини уставились на нее, улыбки медленно увяли, сменившись мрачным выражением.
- Ничего? - спросила она, видя, что те воды в рот набрали. - Жаль, я надеялась услышать о себе что-то новое.
И тут крошка упала ей на подол платья, она отряхнула ее небрежно и сказала:
- Ну что же вы не едите кахк? Алия, Наргис, угощайтесь.
Те молча взяли по печеньке и замерли. Снова повисло молчание.
