- Брат, прости меня, - кинулся к Далгету Саха. - Больше такое не повторится!
Тот только кивнул. А Саха приблизился к ней, в голубых глазах остатки гнева и какая-то детская обида. Смотрел на нее, нахмурив брови.
Лере стало страшно, она же осталась одна, без защиты. И у братьев Умрановых был основательный повод злиться на нее. Что с ней сделают за побег? Накажут?
Саха мотнул светловолосой головой и склонился к ней. Честно? Она замерла, не зная, чего ждать, а он бережно поднял ее на руки и неспешно понес куда-то.
Следом скользнул мрачный Захри, проводил ее тяжелым взглядом и ушел вперед.
Ей вдруг стало стыдно.
А потом она подумала - какого черта?
Далгет остался там, понимая, что ему надо остыть, иначе не сдержится.
Его поимели.
Девчонка приняла освященную воду из его рук, но обмен кровью прошла с другим. И это сбило все. Все! Теперь он связан с избранной, на которую может претендовать любой Наг, которого она выберет.
Но он не собирался спускать ей своеволие.
глава 7
Хотя, конечно, Далгет понимал, что сам допустил подобное.
Ему, главе древнего рода Умрановых, выказали неуважение. Бросили вызов.
Посмели сговориться с его врагами за его спиной. И кто? Родители девушки, которая должна была стать его женой.
Да, свадьба расстроилась, но вот так переметнуться на ходу в считанные минуты? Нет, гниль таилась в них с самого начала. Далгет видел ее в их алчных глазах. Просто недооценил.
Его избранную выманили запиской. Записку нашел Захри - и сразу узнал почерк.
Когда он ворвался в туалет следом за Сахой, там было полно Нагов-наемников.
Но ведь они не возникли там сами собой. Нет, они сидели в засаде и пришли порталом точно вовремя. Кто-то же их туда вызвал. Кто?
Далгет вспоминал каждого из невестиной родни. Отец, дядья, глава клана. Все они улыбались ему в лицо и отвлекали разговорами, а сами готовили удар в спину. И все-таки не верилось. Слишком жадны и трусливы.
Это мог быть и кто-то из приглашенных. Гостей было полно, в такой толпе несложно затеряться.
В пользу этой версии говорило слишком многое. В том числе и то, что бесследно исчез официант, принесший его избранной еду и записку.
Что до мальчишки Камаля, то его Далгет пощадил не потому, что девушка просила. А потому что тот закрыл ее собой и тем спас от верной гибели. Саха мог и не успеть, и тогда он бы потерял избранную. Думая о том, что они могли опоздать, Далгет исходил ядовитой досадой. Но не менее неприятно было и другое.
