Значит, я умерла

На мне была черная рубашка поверх черного топа, и я только теперь заметила, что на ней не хватает пуговиц – видимо, отлетели, когда Обри меня лапал. Вид был не то чтобы неприличный, просто Джуд слишком хорошо меня знала, чтобы решить, что это такой стиль.

– Давай на него заявим, – предложила Джуд. – Я могу вызвать полицейского прямо к себе в кабинет.

– Нет, спасибо. Я уже говорила с копами сегодня утром. Для одного дня хватит.

Мы пришли в закуток, который служил Джуд кабинетом. Она впустила меня и закрыла за нами дверь.

На стене над ее столом висел диплом университета Джорджтауна в рамке, на котором черными чернилами было каллиграфически выписано имя: Джуделин Эстер Лазаре. Вокруг – несколько снимков Джуд с разными известными политиками и артистами. На столе стоял герб в рамке – гаитянская пальмиста с одинокой пальмой в окружении копий, пушек и якорей, – а еще гибискус в горшке с одним цветком на верхушке. Остальное пространство кабинета занимали книги.

– Я ходила к копам потому… извини, зря я не сказала тебе раньше.

 – У меня пересохло во рту, каждое слово приходилось силком выталкивать наружу.

– Во время похорон Каро я получила от нее письмо.

Джуд вытаращила глаза.

– Как такое возможно?

– Она написала его раньше и отправила с за-держкой.

Тот коп, Вильяверде, оставил мою распечатку у себя, так что мне пришлось искать письмо на телефоне. Джуд несколько раз пробежала глазами текст, с каждым разом хмурясь все сильнее.

– Хочешь, перешлю его тебе? – предложила я.

– Я бы согласилась, но моя частная переписка тоже под контролем, и, если что, меня могут вызвать в суд.

 – Она вернула мне телефон. – Просто поверить не могу… Почему Кэролайн не сказала мне, что ей грозит опасность?

– Мне она тоже ничего не говорила.

– Это моя вина, – сказала Джуд и промокнула глаза.

– Я ее не послушала. – Джуд схватила носовой платок и высморкалась. – Она говорила мне кое-что… и каждый раз брала с меня клятву, что я никому не расскажу – а я… – Ее голос прервался, пока она смотрела в пространство.

 – Я не понимала, насколько все плохо.

– Пару месяцев назад мы встретились за ланчем, и она сказала, что хочет развестись с Тео, – начала Джуд. – Я спросила, почему, но она ушла от прямого ответа. Конечно, они почти всю пандемию провели порознь – ты ведь помнишь?

– Ну да. Тео тогда на несколько месяцев застрял в Европе.

– Да, но ведь не по своей вине, а из-за обстоятельств. Я спросила у Кэролайн: «Он хороший отец?» Она сказала, что да.