Знак Близнецов

 — Мы пишем историю! Законы гиперсферы!…

— Я понимаю, что мы заблудились, — покачав головой, проговорил Андрей. — И вряд ли когда-нибудь вновь увидим Землю, даже если каким-то чудом определим свое точное местоположение. — От собственных слов предательский холодок пробежал по спине навигатора Он мрачно взглянул на монитор и добавил: — Боюсь, что мы — «невозвращенцы»…

— Ну почему?! – взволнованно спросил Галанин. — Почему они так поступили, ведь на Земле не могли не догадываться… — Он внезапно осекся и замолчал.

Андрею страшно не хотелось продолжать этот разговор. Нужно было время, чтобы смириться, принять очевидное положение вещей и найти новые силы…

Конечно, на Земле догадывались. Гиперсфера была открыта совсем недавно, но сотни кораблей уже канули в ее глубины, в надежде на новую жизнь, райские планеты, простор…

Праматерь человечества, загаженная и перенаселенная, исторгла их в пучину неведомого, снабдив только неистовой надеждой. Крупицы знаний добывались по ходу дела, ценой великих потерь, и от мысли: сколько подобных «Кривичу» кораблей шагнуло в неизвестность — становилось по-настоящему страшно…

Собственно, Андрею сейчас было глубоко наплевать на уравнения и историю, — сердце навигатора сжимала мучительная тоска.

Надежда умирает последней…

Он устало сжал ладонями виски и отвернулся, чтобы не видеть этих цифр, которые командир назвал историей…

Через полчаса они собрались в центральном отсеке корабля.

Командир встал и осмотрел шестерых членов экипажа, расположившихся в креслах вокруг овального стола совещаний. Бледные, усталые, они пытались держаться, но получалось это не у всех. За напускным безразличием таился страх.

Лучше всех держался Антон Эйкон. Сержанту уже перевалило за тридцать, он успел отслужить в войсках ООН и имел боевой опыт пилота тактических кораблей.

«Идиотизм!…» — с необъяснимой злостью подумал Галанин. Он не сомневался в своем экипаже, напротив, Константин Эрнестович знал, что эти ребята, внешне такие разные, испуганные, сомневаются только до того момента, как грянет посланное им испытание.

— Итак, не будем тянуть время, — произнес командир.

Приглушенный шум голосов моментально стих. Все повернулись.

— Нас семь человек — основных членов экипажа, — начал Галанин. — Ситуация сложная.