Такому, о котором будет Знак», – подумала она, – уже начиная догадываться, что Знаков больше не будет.
– Евгения Генриховна, – окликнули ее с лестницы.
Госпожа Гольц обернулась и с изумлением заметила у дверей гостиной свою невестку, а рядом двух частных детективов.
– Здравствуйте. Вы приехали, господин Илюшин? – спросила она, пытаясь собраться с мыслями.
– Как видите, – серьезно ответил Макар. – Евгения Генриховна, у нас срочный разговор к вам.
– Вы что, нашли… – Она не договорила и замерла, впившись в него глазами.
– Нам нужно с вами поговорить, – повторил Макар. – Где мы можем это сделать?
– Пойдемте… – Хозяйка дома неопределенно махнула рукой в сторону второго этажа и первой пошла вверх по лестнице. – Простите, а вы, Наташа, – обернулась она на полпути, – вы разве тоже хотели со мной поговорить? Давайте после…
– Нет, Евгения Генриховна, – возразил тот же Макар, – для нас очень важно, чтобы Наталья Ивановна присутствовала при нашем разговоре. Собственно говоря, она и будет…
Детектив замолчал, и остаток пути до кабинета госпожи Гольц все четверо проделали молча.
Краем сознания отметив, что Мальчик Жора тоже куда-то пропал, Евгения Генриховна тяжело опустилась в кресло, устало произнеся:
– Слушаю вас.
В комнате не было ни одного Знака, даже намека на него. Заставив себя собраться с силами, Евгения Генриховна взглянула на троих людей, сидевших напротив нее, и лица их неожиданно показались ей чужими и совершенно незнакомыми. Она помнила, что женщина – ее невестка, крупный, с серьезным лицом мужик, похожий на медведя, – детектив, разыскивающий ребенка невестки и убийцу Илоны, а молодой парнишка, который на самом деле не такой уж и молодой и вовсе не парнишка, – его начальник.
Он приехал, не позвонив. Значит, все бесполезно и новые поиски ничего не дали. Все зря.
– Евгения Генриховна, вы в порядке? – озабоченно спросила Наташа, вглядываясь в побледневшее лицо свекрови.
На какую-то секунду ей показалось, что госпожа Гольц сейчас потеряет сознание, и Макару Илюшину, видимо, тоже что-то такое почудилось, потому что он привстал с места и сделал шаг к столу.
Но женщина, сидевшая за столом, недоуменно посмотрела на него, и он вернулся обратно.
– Так я вас слушаю, – сказала Евгения Генриховна своим обычным холодноватым тоном. – Что вы хотели мне рассказать?
У Наташи и Олега Зинчуков, проживших три года в счастливом или относительно счастливом браке, не было детей.
