Знак Сатаны

Значит, так, Пуча: мужик остается жить вдвоем с этой девицей, день ото дня распаляясь все пуще, пока одним прекрасным вечером не решается пойти следом за ней в хлев, куда она отправилась поухаживать за своими буренками. Там он на нее накидывается, она не уступает, и насильник хватается за серп… Но вот до него доходит наконец ужасный смысл происшедшего. Что делать, что делать?! Как замести следы… И вдруг — о, эврика! — ему приходит идея свалить всю вину на знаменитого вампира.

— Стоп, стоп… — настораживается Пучадес.

— Справишься на досуге в толковом словаре, — перевожу я дух. — В моей версии есть закавыка и посерьезней…

— Час от часу не легче, — Пучадес не на шутку встревожен таким оборотом дела, уже, казалось, сулившего ему блестящие перспективы.

— Как этот тип мог узнать о вампире, если ни одна газета и словом не обмолвилась по этому поводу?

Облегченно вздохнув, инспектор с торжествующим видом потирает ладони:

— А очень просто.

— Тому бродяге, что обнаружил первый труп?

— Так точно-с. Бьюсь об заклад, что племяш навестил его в женском монастыре, и хотя мы этому дерьмовому пьянице строго-настрого наказали помалкивать, он, ясное дело, раскололся Фиделю по пьянке… Нет, Буэнавентура, ты просто уникум!

— А, пустое — ведь это всего лишь предположение… Не вздумай на нем зацикливаться!

— Не-ет, будем брать его тепленьким! — Пучадес уже бьет копытом.

— Да не закусывай ты удила. Если я попал в точку, получается, что убийц-то двое! Ведь не арендатор же, в самом деле, убил ту медичку.

— Почему бы и нет? — хорохорится Пучадес.

— Гляди, ошибок не наворочай. А ну как убийца — действительно маньяк? Тогда рано или поздно он вновь выйдет на охоту — и тем выставит тебя на посмешище.

Такая перспектива заставляет его призадуматься. Нелегко дается ему это усилие: нейроны так и скрипят, перемалывая информацию. В итоге все выливается в излюбленный рефрен:

— Перво-наперво допрошу-ка я этого говнюка.

— Послушай, Пуча, это всего-навсего гипотеза, не больше…

Но он уже не слышит меня, — плюхнувшись на заднее сиденье, дает знак заводить мотор.

Когда Суси наконец, выходит, блеклые лучи солнца уже слегка золотят Главную площадь.