Зодчий. Книга I

Одна группа пропала с концами, и есть подозрения, что столкнулась с дружиной одного из подчинённых Игнатьеву родов. Остальные теряли снаряжение и зубы.

— Вы про каких охотников? — нахмурился я.

— Про обычных, ваше благородие, про обычных. Которые ловят оленей, а не кровожадных монстров. Хочу сказать, что, обладая разными подходами — оба графских рода хотят эту землю, и вы им совершенно не нужны.

— Да, и Призыватель может работать на любого из них.

— Если это Призыватель… — поправил меня витязь. — Пока это только версия.

Я предположил, что он начинающий, но всё-таки… Ведь даже такие способны открыть врата вторжения, а не просто поднять тревогу. А мы получили только всплеск энергии, и стаю перворанговых монстров, набежавших из-за границы. Не похоже это на серьёзное вмешательство.

— Поэтому что приходил не он, а его человек, — пробормотал я. Это становится любопытно.

— Что вы имеете в виду?

По дороге снизу к нам пылил красный пикап. Старый, ржавый «Волхов». Символ российской глубинки. За рулём сидел молодой лупоглазый парень с выцветшими от солнца волосами, а рядом с ним держался за ручку у двери нещадно болтаемый на кочках староста Орхово.

Пикап остановился недалеко от нас, и витязь будто бы случайно вышел вперёд, загораживая меня от машины.

— Ваше благородие, ваше благородие! — выкатился из кабины староста. — Всё готово! Я всех собрал у церкви! Позвольте подбросить вас!

— С удовольствием, — неожиданно согласился я. «Волхов» выглядел бывалым конём, способным вытащить из любой передряги.

Такие машины обладают душой, заметно уступая в комфорте.

— А… Это… — Алексей Иванович растерянно посмотрел на витязя в броне. — Как бы… В салон никак не влезете, ваша доблесть.

Станислав подошёл к машине и легко запрыгнул в кузов пикапа. Уселся поудобнее и с ожиданием посмотрел на нас.

По дороге я привёл в порядок двигатель машины, подлатав магией парочку слабых мест, а также восстановил подгнивающую проводку. Детская шалость, но что-то в этом красном пикапе разбередило в душе.

Возможно, потому, что за машиной следили, а ещё она как-то умудрилась пережить столь неприятное соседство в лице Изнанки. А ещё, может, потому что я всё-таки в первую очередь техномант, и эта машина для меня была как произведение искусства древних народов.

Вскоре скрипучий «Волхов» свернул с просёлочной дороги в лес, и мы, наконец-то, увидели белокаменную церковь, спрятанную от любопытных глаз. Купол святилища был покрыт строительными лесами.