Зодчий. Книга II

Это Тень, — произнёс я охранникам. Однако оба меня будто не услышали, внимательно наблюдая за машиной. Вездеход же чуть притормозил рядом с нами, чтобы не напугать лошадей, а дальше снова дал по газам. За рулём, ожидаемо, сидела дочка Вепря с необыкновенно мрачным лицом. В нашу сторону она даже не глянула. У подворья машина с юзом повернула к вотчине монахинь и скрылась с глаз.

— Я думал она непрошибаемая, — сказал Турбин. — А она вон как к батьке летит. Он ведь в ногу ранен, а не в голову.

— Сколько женщину из себя ни выгоняй, а натуру не исправишь, — заметил Капелюш.

— Это ты так говоришь, потому что к тебе так никто не спешил, наверное? — поинтересовался я.

Мастер воды открыл было рот, чтобы ответить, а затем опустил глаза. Дальше ехали молча, хотя Снегов то и дело поворачивался ко мне с задумчивым видом. И только когда мы поднимались на томашовский холм, витязь, наконец, созрел.

— Ваше благородие, вы сказали, что мы можем что-то предпринять с этими обращёнными. Что именно? — осторожно поинтересовался он.

— Или этим займутся специальные секретные службы, и я зря тревожусь?

Любопытную реальность себе придумал Станислав Сергеевич, но она мне подходила.

— Никто этим не займётся, ваша доблесть, — развеял я его надежды. — Кроме нас.

— Жаль, ваше благородие. Жаль. Но если мы можем сделать что-то, то что именно?

— Прежде всего, мы должны усилить меры безопасности. В идеале эвакуировать жителей всех окрестных деревень, не имеющих покрытия Конструктом. Вот только за такое переселение нас скорее в веках проклянут, чем благодарностями одарят.

После чего нам нужно найти тварь, которая обратила несчастных и уничтожить. А ещё лучше найти её прямо сейчас.

— Вы думаете, это сделало какое-то порождение Изнанки? — удивился витязь.

— Они многообразны, ваша доблесть. И да, именно так я и думаю. А ещё я знаю, где его искать, — я обернулся на барьер между моими землями и порабощённой Европой. — Но это будет не просто. Надо сообразить, как всё провернуть.

Витязь последовал моему примеру, правда, смотрел чуть дольше, а потом неожиданно сказал:

— Вы ведь знаете, что всегда можете рассчитывать на мой топор, ваше благородие?

— Теперь знаю.

Я ценю это, — кивнул я витязю. — Он, поверьте мне, ваша доблесть, нам всем скоро пригодится.

Я вернулся к своим размышлениям. Всё развивалось слишком быстро и неконтролируемо. Не люблю такое, придётся потратить время на решение проблем, которых при должной удаче могло бы и не быть. Но, увы.