Зодчий. Книга II

Теперь передо мной был перепуганный человечек из внезапно ставшей уязвимой цитадели. Впрочем, чего там говорить, случившееся заставило всех понервничать. Даже Снегова. Потому что в этом мире ещё не видели ничего подобного такого.

Что дальше ждать? Инфернальных Чёрных Десятников? Я вспомнил, как сражался против них в своей прошлой жизни. Крепкие твари, живущие только ради убийства и воспевающие его. Хотелось бы оттянуть встречу с ними по максимуму.

— Будь чист помыслами и ничего с тобой не случится, — сказал я. — Ты знаком с Зодчим, который работает в Приборово?

— С кем? — переспросил Кузьма, а затем его лицо прояснилось.

— Конечно, конечно! Игнатьевский холуй! Блиновский! Очень мутный тип. Не то, что вы, ваше благородие. На всех смотрит как на гов… эм… как на дер… м-да… плохо очень смотрит, ваше благородие.

— Понял. Жаль. Ладно, Кузьма. Дальше, как договаривались. Включаешь полную автономию здесь, а людей ко мне отправляй. По жилью что-нибудь сообразим, — я посмотрел в сторону конюшни. Перепуганные работники смотрели друг на друга с подозрением, и этот страх будет преследовать их всю жизнь.

— Конструкт вас защитит. Скверна очень слаба на его территории.

— Неужто можно сберечься от этой напасти? — скривился Веткин.

— Можно. Влияние Конструкта на Скверну — это основа магической физики, Кузьма, — успокоил я его.

— Верьте ему, мужики, — проговорил Вепрь. Он сидел в седле, бледный, но улыбающийся. — Господин Баженов знает, что делает. Вы же видели, не простой он человек.

Охотник наотрез отказался от сопровождения.

Мол, царапина не стоит такой возни, которую я хотел развить вокруг его личности. Пришлось смириться. Я ему не нянька.

— За пару недель, надеюсь, отстрою вам конюшни, и сможете перевести лошадей, — напомнил я о нашей договорённости.

— Такое хозяйство бросать, ваше благородие, — посмурнел Веткин. — Столько сил и денег вложено.

— Хозяйство твоё никуда не денется. Но пока зона Конструкта сюда не дотягивается — оставаться здесь опасно, — заметил я.

— Конечно, ваше благородие.

Я поговорю с мужиками. Хотя, конечно, сейчас бы и сам оказался бы где-нибудь подальше. В славной Монголии, например, — признался Кузьма.

— Ты такой не один. Но если всю жизнь бегать, то просто умрёшь уставшим.

Он понимающе вздохнул, а я обратил свой взгляд на стоящего рядом с Кузьмой человека:

— Господин Боярский, я бы хотел предложить вам работу управляющим на этих землях. Простите, что делаю это вот так, в поле, но некогда проводить ритуальные пляски и ухаживания.