Зодчий. Книга II

И когда взор барона принял осмысленное выражение, я показал ему слитки и сказал, с трудом сдерживаясь от злости:

— Того, что я увидел, достаточно, чтобы отвести вас в Изнанку и избавить мир от вашего влияния. Но я дал слово. И своё слово привык держать. Завтра до конца дня, я жду от вас бумаги. Если не получаю их, то послезавтра слепки отправятся по адресу.

Фурсов смотрел на меня с ненавистью.

— Также не советую вам бежать к Игнатьеву. На его месте я бы отправил вас на тот свет, чтобы откреститься от любых связей с вами из-за вашего непомерно длинного языка.

Надеюсь, вы это понимаете?

Барон тяжело дышал и молчал.

— Что ж… Всего хорошего, господа. Надеюсь, я вас больше не увижу, — откланялся я и двинулся прочь, оставив среди берёзок измождённого психоманта и привязанного барона. Думаю, они смогут помочь друг другу.

Я не мог ни минуты лишней провести рядом с Фурсовым, потому что за себя не ручался.

— Хозяин, вероятно, вас заинтересует, что к вам направляется Паулина Князева и, судя по замеру температуры кожных покровов и сокращения сердечной мышцы, она чрезвычайно взволнована.

Или же у женщины приступ тахикардии? Хм… Как жаль, что поблизости нет врача. Когда она умрёт, вы направите её тело в трансмутатор, верно?

Я открыл глаза, скосил их на грустную рожицу Черномора. Во рту было сухо, словно день до этого мне пришлось уничтожать местные алкогольные запасы. Денёк и ночка вышли тяжёлыми, конечно. А вообще, надо попить. Ведь как пришёл, то забросил трофеи с убитых в чулан и рухнул спать.

Еле допёр эту связку. Хоть нашлось во что завернуть. Пусть и выглядел странно Зодчий, идущий из леса с замотанным в плащ звенящим свёртком, а всяко лучше, чем если бы со связкой оружия в руках.

Кстати, в снаряжении людей Фурсова ничего необычного не нашлось. Третий-четвёртый уровень Эха у двух мечей, принадлежавших мастерам. Да, весьма интересный клинок был у длинноволосого Листратова, который я забрал себе. Однако без восторга. Ну и ещё нашёлся ворох довольно любопытных оберегов, не пригодившихся покойникам в драке.

Если сложить их с теми, что сгорели в бою — на защите одарённые бойцы не экономили. Что им не помогло, в итоге. Зато поможет моим гвардейцам, когда они, наконец-то, приступят к своим непосредственным обязанностям.

Если это когда-нибудь случится. Так, а что я тут вообще делаю? Почему не сплю, когда так хочется?

— Нет ли в этом противоречия с общепринятой моралью, Хозяин? — спросила меня сияющая сиреневым цветом рожица.