Золото Югры

Ибо данное сватовство давало Англии шанс на подчинение Московии, поскольку московский царь заведомо унизил бы свой статус, женившись на полукровке.

С другой стороны, царь Иван, сволочь византийская, все равно получал доступ к английскому трону. Внезапно умрет племянница Елизаветы, и сразу пыхнет династийная война. И тот, на чьей стороне окажется овдовевший московский царь, – будет в силе!

С трона раздался на удивление веселый голос королевы Елизаветы:

– Сэр, боярин Непея! Канцелярия наша рассмотрит грамоту царя Ивана о сватовстве не позднее первого сентября сего года! Ждите решения!

Непея прижал голову к подбородку, вроде в поклоне.

«От, напьюся! От, напьюся!» – весело билось у него в затылке.

Так или иначе, но войска католической коалиции до осени стрелять не начнут. А по осени, в октябре, в русской земле наступает такая великая грязь, что стреляй не стреляй, а будет война грязи с грязью!

Граф Эссекс из королевского дворца направился не домой, а прямо в известный дом господина Эйнана.

Денежный магнат встретил графа в своем кабинете. Эйнан в другое время поразил бы английского вельможу странным нарядом – он сидел на широкой и, видать, мягкой кровати, у которой имелась только одна резная, высокая спинка. И шла спинка повдоль кровати.

– Это называется – диван, – сообщил господин Эйнан обозленному графу.

– Королева отказалась от свадьбы с царем Иваном! – крикнул граф.

– Но приняла новое предложение подлого московита.

Господин Эйнан назвал имя племянницы. Граф на миг остановился в метании по комнате, кивнул и стал вышагивать дальше.

– Это сватовство надобно поддержать, – вдавливая слова в уши графа, медленно проговорил господин Эйнан.

– К дьяволу – поддержать! Как раз в октябре вернется экспедиция капитана Ричардсона! Мы и без помощи королевской племянницы возьмем себе богатые сибирские земли! Земля Московия нам теперь ни к чему!

Господин Эйнан умел останавливать истерики людей, получивших власть по крови, а ума по крови – не получивших.

Он встал с дивана, коротконогий, пухлый, одетый в яркий восточный халат, и, мягко ступая восточными же туфлями с загнутыми носами, подошел к дубовому бюро. Открыл дверцу, достал из глубины узкого пространства тяжелый кожаный сверток. Потом еще четыре таких же свертка.

По тяжести кожаных кошлей граф догадался, что ему вручают золото.