Золото Югры
0 прочтений
В пытошную влетел стрелец, проорал:
– Макарку Старинова ждут в малых царских покоях! Иди живей! Англичанин за твою особу отдал, дурак, свой корабль! Под подпись!
– Не успели закончить борьбу, – сказал Макар, накидывая перелицованный камзол. – Теперь неизвестно, когда у вас гостевать буду.
– А водку – как? – спросил дотошный канареешник, обрадованный, что уцелел.
– А выпьете за мое здоровье. Ведра вам хватит.
– Не сумлевайся, Макар Дмитрич, ведра нам хватит. Иди себе с Богом!
Ехали на Запад шестью возками.
Возок, в коем ехал Ричардсон, царь Иван Васильевич велел утеплить донельзя. На пол выкроили как бы ковер из медвежьей шкуры; крышу, стены и дверцу возка сначала обложили бараньей полукошмой, а затем оббили ее ярким шелком. Временами в возке становилось душно, и тогда, по знаку капитана, Макар Старинов откидывал кожаную полость на оконце.
В ту же полость, при большом желании, можно запросто справить малую нужду. Капитан по отъезду справлял нужду каждый час, пока не отошел от ужаса пытошного подвала и водочного гостеприимства московского Кремля.
Лес внезапно кончился. Впереди показалось небольшое сельцо, а на окраине сельца стояли польские уланы, передовой караул. Уланы жгли огромный костер и пытались зажарить на огне тощего гуся.
Возки остановились. Осип Непея вышагнул в рыхлый снег. Здесь, в Полятчине, вовсю пахло весной. Возок Непеи шел четвертым в ряду, первым разговор с польской стражей должен начать англ.
Но англ никак не показывался.
– Пьян, что ли? – вслух возмутился Осип Непея, нашарил за пазухой царский документ – посольскую грамоту, – развернул ее вроде щита и пошел навстречу загалдевшим уланам.
Оказалось – посол англицкий да посол русский ехали неверно.
Почитай, новый польский король развернул свой боевой стан почти в середине объединенного войска литвин, поляков, шведов и нанятых двух немецких полков. Значит, война летом должна случиться неминуемо, а Осип Непея должен хоть ужом, хоть зайцем, но проскочить в английские пределы.
Чтобы война остановилась.