Золото Югры
0 прочтений
И ежели что – помогут московскому царю Ивану оседлать Польшу. Ибо в Московии все есть, что англам для корабельного дела надобно, а в Польше есть только сабли да головы, прямо-таки лезущие под эти сабли…
– Если, как ты говоришь, ваше преосвященство, ни одно из европейских государств в войну не полезет, то бишь, мешать моим планам не будет, а поможет деньгами, да припасами, я этим летом … помою ноги в реке Угре!
Поссевино вытаращил глаза на короля.
Стефан Баторий рассмеялся:
– Мои предки пришли на земли Паннонии с русской реки Угры! Еще при хане Батые мы, угры, да русы, да татары, да джурджени ходили на Европу! Забыл? Повезло вам, что земли у вас там оказалось совсем мало, негде кочевать… А то бы сейчас…
Поссевино быстренько перевел неприятный разговор:
– Правильно, правильно! Какой хороший обычай! Помыть ноги в реке предков! Нужно рассказать о нем папе Григорию XIII, он любит собирать древние обычаи…
– Ты, ваше преосвященство, собирался рассказать, что некий таинственный английский посол сейчас обитает на Москве.
– Не выяснено. Известно лишь, что посол английский на своем корабле тайно обогнул Швецию и Новрвегию, пришел в русское Белое море и сейчас, видать, торгуется с московским царем.
– Что же ты тогда хвастал, Поссевино, что у тебя каждый второй на Москве человек – прозелит в твою веру и твой верный наушник!
– Хвастал этим я давно. А побывал бы ты, Ваше Величество, теперь на Москве, да посмотрел бы на стены кремлевские. Сплошь обвешаны стены трупами казненных… Как шея графини Полоцкой – бренчащими монисто…
Про полоцкую графиню Поссевино намекнул не зря – доказывал королю свое пошатнувшееся московскими событиями всезнайство.
Тут в дверь вышагнул мадьярский полковник:
– Гонведские патрули доносят, Ваше Величество, в десяти польских милях от Полоцка остановлены шесть возков московских. Везут сюда двух послов – англицкого и московского! Пропустить?
Стефан Баторий воткнул в стены древнего русского замка старинную же русскую матерность про корову, которая быка не замечала, а подсуеживала зад барану.
Мадьярский полковник окончания длинной брани уже не слышал. Он уже орал в окно гусарам, чтобы в посольские повозки впрягли свежих лошадей и гнали санный посольский поезд наметом!
Стефан Баторий довольно отвернулся от окна, что выходило во двор замка.