Обоз продвигался узкими грунтовыми дорогами через деревни, сёла и хутора. В крупных сёлах урядники с удивлением смотрели на батарею – разве не подозрительно? Пушки с передками, а солдат при них нет, сопровождают люди в цивильном. Только остановить её никто не пытался – пушки защищали себя одним своим видом лучше всяких слов и бумаг.
Уже за Смоленском Андрей стал раздумывать: повернуть к Москве, к старому дому, или на север, к Питербурху? Канониров своих надо отправлять домой, они в первую очередь рабочие, мастеровые, случайно попавшие в артиллерию.
И он повернул к Москве. Сдаст пушки в Артиллерийскую канцелярию – так назывался теперь Пушечный приказ – и тогда отправит канониров домой, к семьям. Небось там уже соскучились по кормильцам, переживают, всё ли обошлось? Писем на родину никто из канониров не отправлял, и весть о победе Петра долетит до Вятских краёв быстрее, чем туда доберутся сами канониры. Вряд ли их там встретят, как героев, никто ещё не знает об их весомом вкладе в победу.
Но Андрей уже решил устроить для них в честь победы, в благодарность за службу ратную, пир.
Деньги – двойное жалованье – уйдут на подарки семьям, на покупку изб или коров. А в памяти останется именно чествование.
До Москвы добирались долго. Переходили вброд реки, где можно было, а где-то и мосты приходилось искать. Пропылённые, усталые, но дошли.
Пушки с передками и подводы с огневыми припасами заняли весь двор Андрея. Самих канониров он разместил на постоялом дворе, заказал сытный ужин и баню.
За баню канониры особенно благодарили. Две недели, которые шли к Москве, они не мылись, волосы на голове сбились от пыли колтуном, да и одежонку простирнуть требовалось.
Следующий день был посвящён приведению пушек в порядок, поскольку их надо было сдать в Артиллерийскую канцелярию. Пётр хоть и взял военные трофеи, да пушек среди них было мало. А царь нуждался в пушках, убедившись после Полтавы, что они главная ударная сила. К тому же он планировал строить на Неве флот, которому тоже были нужны пушки.
Канцелярия пушки покупала, и потому канониры чистили каналы стволов, оттирали стволы снаружи – щётками, водой со щёлоком, мыли лафеты. К концу дня пушки выглядели, как новые, только что с завода. Конечно, износ пушек существовал, но он был очень мал, и потому их приняли.
Следующим днём, получив деньги, Андрей устроил настоящий пир. Он арендовал целую трапезную на постоялом дворе, заказал различные кушанья на всех – и канониров, и ездовых.
