Небось в Немецкой слободе осталась девица? Ступай, завтра пакет будет готов. Рядового с ним посылать никак не можно, а офицеров из здоровых почти нет. Так что тебе сам Господь ехать велит.
Глава 3. Клад
Кони в полку имелись: верховые для офицеров, битюги для перевозки пушек и повозок – с имуществом и снаряжением. Конечно, к коню привыкнуть надо, у каждой лошади свой норов может быть.
Конюх из рядовых вывел из конюшни коня, взнуздал его и вынес седло.
– Смирная лошадка, Звёздочкой звать. Дашь ей кусок ржаного хлеба, и подружитесь.
Животина – она ласку понимает.
Андрей получил у полковника засургученный пакет и сунул его за отворот кафтана.
– Оружие наготове держи, – посоветовал полковник, – в чужие руки пакет попасть не должен – там все сведения о гарнизоне Воронежском.
– Понимаю.
– Тогда с Богом!
Андрей сразу и выехал. Коли ехать далеко предстоит, лучше поторопиться. Иначе пойдут дожди, дороги развезёт, и поездка не на одну неделю затянется.
За неделю он добрался до Москвы.
В городе был разброд: по улицам слонялись пьяные стрельцы, чувствовалась напряжённость.
В Кремль Андрей не поехал. Стрелецкое войско доживало последний год, и уж если кому служить, так это Петру, а не царевне Софье и главе Стрелецкого приказа Фёдору Шакловитому.
Выспросив дорогу, он направился в Преображенское, да опоздал. Вернее, разминулись они с царём Петром где-то по дороге. Вдруг вспомнил, что говорил полковник: пакет можно и в канцелярию сдать. Андрей так и поступил, сдав пакет под роспись.
– Ответ будет?
– Если и будет, так нескоро. Езжай, капитан, в полк!
Андрей раздумывал: остаться в Москве на несколько дней или переночевать на постоялом дворе да обратно отправиться? А что ему в Москве делать? Знакомых нет, стрельцы на его форму косятся. Не трогают, но смотрят злобно. Голова стрелецкий Шакловитый стрельцов своих настраивает против армии Петра. Нет, надо переночевать в Москве и снова отправляться в путь, тем более что прохладно и небо хмурится.
Утром, после завтрака, он выехал. К вечеру второго дня миновал Коломну и перебрался на рязанские земли.
Уже в сумерках он добрался до постоялого двора. Прислуга приняла лошадь и увела в конюшню, сам же Андрей поужинал и улёгся спать. На службу он не торопился. Зачем спешить, если в полку едва ли не треть болеет? Заразиться и заболеть повторно ему не хотелось.
Ночью сквозь сон он услышал какой-то шум во дворе, вроде бы даже драку – удары, матерные крики.
