Золотое время

Мы — Комедианты; мне нравится это прозвище. Мы — я говорю о женщинах — должны быть не только подружками на вечерок, но и няньками, матерями, актрисами, разбираться в психологии и этнологии. Главное же — чтобы в нас видели надежных друзей.

Мы далеко не безупречны, но стремимся к идеалу. Когда приходит вызов, некогда думать о собственных неурядицах — а их у нас, уверяю вас, предостаточно. Мы спешим на выручку, не спрашивая к кому.

Настоящей Комедиантке без разницы, кого развлекать. Взять хотя бы нашу компанию.

Я вовсе не горела желанием бросать Эриха, но понимала, что мне нужно посочувствовать Илли: каково ему, бедняге, среди антропоидов?!

Я неравнодушна к Илли. Он такой милый, помесь паукообразной обезьяны и персидского кота. И потом, он хороший парень. Ну как мне было не пожалеть его, когда он заявился к нам, израненный и несчастный? Пусть сплетники из Переменчивого Мира треплют языками. Мы-то с вами умные люди: нам незачем выдумывать то, чего не было и не могло быть.

Сид засомневался, припасены ли у нас самки осьминогов и нимфы; он сказал, что не мешало бы проверить.

Однако инопланетяне потребовали себе человеческих особей. Сид был рад стараться. Пожав руку Марка, Мод пристроилась к Севенси («Какие у тебя острые копытца, дружок!» Смотри-ка, теперь она подражает мне). Бо поглядел через плечо на Лили, опасаясь, верно, что она подсядет к Илли. Он, пожалуй, единственный среди нас, не сообразил еще, что Лили нет дела ни до кого, кроме Брюса.

Эрих притворился, будто сердится на мой уход, но я видела его насквозь.

Он считал себя докой по части Призрачных Красоток и не упускал случая доказать это всем и каждому. А вы устояли бы перед таким соблазном?

Сид вывел из Кладовой графиню, ослепительную блондинку в белой атласной юбке до пят и с пышным эгретом на шляпке. Прозрачная, как сигаретный дымок, она затмила собой и меня, и Мод, и Лили. Прищелкнув каблуками, Эрих поклонился, поцеловал ей руку, усадил на кушетку и заговорил с ней по-немецки. Он покачивал головой, льстиво улыбался и болтал без передышки, и наконец она начала отвечать ему взаимностью, а взгляд ее утратил безразличное выражение.

Что ж, за Эриха можно не волноваться, честь вермахта он не посрамит.

Марку досталась греческая гетера по имени Фрина — наверно, все-таки не та, которая содержит знаменитый стриптиз-клуб в Афинах. Он поил ее виски с содовой, то и дело посматривая на Каби, которую Сид настойчиво угощал хлебом с оливками и вином.