Золотое время

Глаза Фенна засветились темным злорадством. Он упал на одно колено, чтобы пустить стрелу, зная, что Малех выстрелит раньше. Он ожидал смерти. Но в этот момент черная стрела внезапно вонзилась в грудь Малеха. Лук полукровки, так и не выстреливший, выпал у него из рук. Он с минуту стоял, пронзенный длинной стрелой, глядя куда-то через голову Фенна с ужасом и недоверием. Фенн услышал, как голос Рам Сина сказал Малеху:

Малех опустился на колени. Фенн рассмеялся. В два шага он очутился у железной лесенки.

Он вскарабкался по ней прыжками и, согнувшись, сел на корточки за перилами. Глаза Малеха по-прежнему глядели на Фенна, но сам Малех был уже мертв. Фенн начал стрелять в ряды новчей по сторонам лестницы. Он закричал:

— Лэннар! Сюда! Наверх!

Они рванули наверх, Лэннар, его люди и Арика. Со своей удобной позиции Фенн прикрывал их, как мог. Лэннару, Арике и еще троим удалось к нему забраться. Лэннар и еще двое были ранены. Они укрылись на галерее. Фенн столкнул тело Малеха вниз по лестнице, и места оказалось достаточно, чтобы, пригнувшись, расположиться за перилами.

— Что толку? — ухмыляясь, спросил Лэннар. — Мы все свои стрелы извели.

— Дело в том, — сказал Фенн со странной, отчаянной надеждой в голосе, — что здесь все-таки может быть оружие! Я только не могу ничего точно вспомнить…

Он смотрел вниз, в зал, на собравшихся там новчей и на горящий холодным светом шар, который над ними висел.

Холодный свет? Что же это такое было, чего он не мог вспомнить? Он взглянул на шар и на паутину балок прямо у себя над головой, и брови у него сдвинулись от напряженного усилия.

Последний новч спустился по лестнице. Рам Син сказал:

— Вы спуститесь добровольно или мы должны будем за вами лезть?

— Лезьте, если пожелаете, — прорычал Лэннар. — У нас еще остались мечи.

Фенн повернулся к Арике. Пальцы его вцепились ей в руку. Он прошептал:

— Помоги мне вспомнить… Цитадель… Гид, который нас вел. Он говорил что-то…

Голос Рам Сина зазвучал в его ушах как голос самой судьбы:

— Я уже говорил тебе, что я тебя позову и ты придешь.

Так вот, я тебя зову. И предупреждаю: то, что ты мне нужен, не спасет твою жизнь, если ты меня слишком рассердишь.

— Не слушай, Фенн. Вспоминай.

Ее глаза пылали глубоко в его душе. Голос Рам Сина звал, и Фенн чувствовал, что голос этот вот-вот заставит его подчиниться. Но в нем была железная ярость, и он не уступал…