Золотое время

Он рад был, когда настало время садиться в седло и трогаться в путь. Малех ехал как бы сам по себе. Никто этого не оговаривал. Он скакал чуть в отдалении с угрюмым и гордым взглядом, ни с кем не разговаривая, и Фенн видел, что Лэннар бдительно следит за ним.

По крутой тропе они взобрались на плато — двадцать человек, вооруженных мечами, луками и топорами, — и с каждого островка в болотах глаза мужчин и женщин следили за ними со страхом, изумлением и надеждой. С вершины горы Фенн окинул взглядом бескрайние просторы пустыни, где только ветры разгуливали под медным солнцем.

Он одолел это пространство, и теперь оно стало для Фенна родным. Он чувствовал почти печаль, покидая пустыню и вступая в глухую тьму, запретную для рода людского.

Он увидел облако пыли, поднятое скачущим в объезд отрядом новчей, и понял, что охота уже началась. Плато впереди тянулось до самого горизонта. Ржавые облака висели здесь много ниже, почти касаясь земли. Жесткие травинки гнулись от ветра. Путники забрались уже довольно далеко в глубь плато, и Фенну казалось, что и ветер здесь совсем не такой, как в пустыне, и напоминает о будущих холодах.

Они хорошо подготовились к долгой дороге: двадцать человек и сорок лошадей, устремившихся в сторону страны Теней и далее, к Великой Тьме. Это было странное путешествие, словно бы оно проходило вне времени. Сперва дорога была знакома Лэннару. На ней встречалась и дичь, и корм для лошадей, и люди болот этим пользовались. Но вскоре они миновали хорошие места, и кругом потянулся бесконечно однообразный холмистый пейзаж. Тени удлинились. Солнце стояло все ниже, а зубы свистящего мимо ветра делались все острее. В этой стране трудно было разглядеть что-нибудь далеко от себя. Но они замечали время от времени далекие дымки костров, и Фенн начинал Думать, что отряд приближается к цели. Лошади пустыни были маленькие, но крепкие и выносливые и привыкли к тому же мало есть и много работать по сравнению с лошадями новчей. Фенн полюбил этих грубых неприхотливых низкорослых животных и оценил их преимущества.

— Скажи спасибо, — сказал ему как-то Лэннар, — что мы пока хоть пешком не идем…

Холодный ветер завывал все сильнее, начались бурные ливни, а однажды после ночлега Фенн встал и обнаружил, что вся земля вокруг лагеря окутана холодным белым покровом. Люди стали к этому времени более хмурыми и неразговорчивыми, и он понял, что они боятся. Он и сам начал бояться.

Арика с каждым днем делалась для него все ближе.