Золотой пленник

Он был доволен, что не уступил сообщнику, который уверял, что достаточно взять с собой палку – все равно, дескать, заколем петушка раньше, чем он прокукарекает. А вышло-то вон как – взял бы обманку, сам бы кукарекал, пока летел с башни. Покупатель – человек не робкий, такого надо в спину бить, иначе не сладить.

Поначалу Хатка испугался, когда увидел его здесь, думал, придется врать про сообщника, но, видать, этот ничего не заметил. Теперь оставалось провести сделку честно, получить денежки, а внизу сообщник метнет пику.

Затянув винты, капитан проверил, как поют струны, – они звучали в унисон, и это ему понравилось.

– За такую музыку придется раскошелиться, ваш милась!

– Да уж за эту машинку я ничего не пожалею, – ответил фон Крисп, поочередно натягивая «козьей ножкой» тетивы. – Давай болты.

Успокоенный Хатка подал. Капитан бережно уложил их в желобки и закрыл замками.

Воришка незаметно ощупал за поясом пику. Пока покупатель увлечен арбалетом, можно было рискнуть и…

Но капитан держал вора в поле видимости.

– Ваш милась… ваш милась… – жалобно заканючил тот.

Капитан опустил оружие и дружески улыбнулся. Пока Хатка стоял на краю, стрелять было нельзя – если упадет, переполошит сообщника.

– Шучу я. Иди сюда, стрельнем на дальность, – он махнул рукой в сторону Лонгрена, – туда!

– А я знал, знал, что шуткуете, ваш милась!

Хатка стал обходить колодец, и фон Крисп выстрелил от бедра. Высвобожденная мощь стального лука позволила болту пробить вора насквозь, тот взмахнул руками и упал на спину, уставившись в небо удивленными глазами.

– Прекрасно, – произнес капитан, обошел тело и посмотрел туда, куда, по его мнению, улетел болт. – Прекрасно, – повторил он, подошел к лестнице, опустился на колено и поднял арбалет. – Эй, ты где? – крикнул он наудачу.

Из-за обломанной колонны выглянул вор.

– Едет! – ответил капитан, тщательно прицеливаясь.

Щелкнул замок, и болт унесся к цели. Качнувшись от удара, пораженный стрелой вор попятился и, споткнувшись, упал.

Капитан не спеша упаковал арбалет, связку болтов и «козью ножку» в те же тряпки и стал осторожно спускаться по лестнице. Теперь он понимал Хатку, который не без труда одолел подъем: идти с такой ношей на ветру было неловко.

Оказавшись внизу, фон Крисп первым делом нашел и отвязал обеих воровских лошадей, чтобы не пропали от голода. Потом сходил посмотреть, как удался второй выстрел, и остался доволен.