Золотой пленник

Того он схватит или не того, было не так важно, главное – вернуться с головой врага: свои с охотой поверят, что она принадлежит убийце эрмая Теллира, любой гуир был для них врагом.

Воины двигались бесшумно, словно тени. Место здесь было нехорошее, и по доброй воле карсаматы сюда ни за что бы не сунулись, но что поделать, если глупые гуиры решили устроить ночлег прямо у огрского кладбища.

С осторожностью огибая башни, карсаматы с ужасом замечали над гробницами синеватое свечение.

– Может, нападем на них завтра, сабдай? – шепотом спросил Шакур, помощник и приятель сабдая.

– Нет, днем они будут готовы, а перевес в силе у нас не слишком велик.

– Но мы можем дождаться Ассагая, он ведет с собой две тысячи воинов!

– Нельзя дольше ждать, если потеряем убийцу эрмая Теллира, нам никто этого не простит. Да и сам себе я этого не прощу.

Сказав это, Гаругай двинулся дальше, стараясь не смотреть на силуэты гробниц. Для нападения на лагерь гуиров была еще одна причина – если дождаться сабдая Ассагая, с ним придется делиться славой, а этого Гаругаю совсем не хотелось.

Остановившись возле очередного дерева с гладкой, словно седельная кожа, корой, Гаругай потянул носом воздух – пахло румянами. Статус сабдая позволял Гаругаю иметь четырех жен, и он прекрасно знал, как пахнут румяна.

Рядом остановился Шакур. Было слышно, как стучит его сердце. Чтобы не видеть жутковатых конусов света, он прикладывал к вискам ладони, делая некое подобие шор.

От ближайшей гробницы отделилась неясная тень. Гаругай замер, ему совсем не хотелось встретиться с призраком какого-нибудь огра. Тень приближалась, она была огромна и напоминала носовую фигуру корабля – Гаругаю приходилось видеть такие на берегу Савойского моря.

Синим пронизывающим светом вспыхнули в темноте два глаза, и сабдай перестал дышать. Невидимая ледяная рука схватила его и сдавила так, что затрещали кости. Рядом свалился в обморок Шакур, сзади застонали шедшие следом, поваленные накатившейся волной тяжкого ужаса.

– Знаешь, кто я? – пророкотал гигант низким голосом, и сжимавшая сабдая рука ослабила хватку.

– Ты… Ты Удун-Бассалык – страж у ворот мертвых! – прохрипел Гаругай, понимая, что его жизненный путь закончен.