Золотой воин

– Я же только на вдруг сказал, я вам тут не командую.

– Ну так я пошла, что ли? – подала голос Мелинда.

– Иди, чего уж, – вздохнул разбойник. – Но только помни, ты мне только половину денег отработала – должок за тобой.

Девица пожала плечами, стряхнула с юбки мусор и пошла в сторону базара, покачивая пышными бедрами. Мечтавший о ней конюх засмотрелся ей вслед.

– Ну, ты проезжего будешь показывать или на шлюху смотреть пришел? – одернул его Морелис.

– А? Это… пошли, конечно! – очнулся от сладких грез конюх и засеменил в сторону торговых рядов, туда, где, по его мнению, уже должен был оказаться проезжий.

Проезжего они нашли скоро, тот стоял у воза с сухарями и проверял качество, должно быть, собираясь взять их в запас.

– Что скажешь? – спросил конюх, когда они с Морелисом выглянули из-за телеги с горшками.

– Ничего, нормальный клиент. Непростой, конечно, все же меч при нем, но пары дубин на такого достаточно. С виду-то он не богатырь.

– А с конем что – брать будете?

– Чего нам конь? Денежки стрясем, и пусть катится.

– Получишь пять медяшек…

– Пять – мало! – возразил конюх, прелести Мелинды стоили десять.

– Если в сумке есть золото, получишь два рилли.

– Вот за это спасибо, это – по-нашему! – обрадовался конюх. – Не боись, денежки при нем – сам видел. Ну так я побежал за остальными?

Конюх исчез. Под остальными подразумевались еще трое дружков и бывших сослуживцев Морелиса, нарочно для такого случая ждавших вызова в одной из развалин.

Проезжий выбрал небольшой мешок с сухарями, заплатил за него и оставил у продавца, чтоб забрать после.

Морелис двинулся за ним, сопровождая от прилавка к прилавку. Скоро подошли трое его товарищей.

– Ну и где он? – спросил один, рослый и широкоплечий, ходивший с дубинкой, как с посохом.

– Вон, седла смотрит.

– Этот? Не шибко здоров.

– Разом уделаем, – добавил другой разбойник.

– Главное, чтобы шуму не поднимать.

Подбежал запыхавшийся конюх.

– Морелис, там еще дураки набиваются! – выпалил он.

– Что значит набиваются, кто им сказал? – спросил разбойник, строго глядя на осведомителя.

«Дураками» кормившиеся на торжище разбойники называли трех дезертиров-туранов, не пожелавших отправляться в гибельные походы на север империи.

Работать тонко тураны не умели и даже воровство старых порток сопровождали убийством. Спорить с ними никто не хотел, тураны были упрямы и не склонны к переговорам, сразу хватаясь за мечи.

– Кто им сказал, я тебя спрашиваю? – повторил вопрос Морелис.