Этот «кто‑то» притаился в глубине моей сущности и для него всё происходящее настолько естественно, что я – настоящая даже не удивляюсь. Словно так и должно быть. С тем же успехом могу задуматься, почему и как именно дышу, шевелю пальцами или перебираю ногами.
– Настя. Я не умею читать мысли… без разрешения. Может ответишь ментально?
Опять? Чёрт, ему не хватило недавнего разговора с Рогором?
Я всё‑таки очистила сознание, настроилась на Санаминэля, искренне надеясь, что вместо меня ответит тот, другой, которому эта магия принадлежит.
Увы, говорить мой невидимый помощник не умел или не хотел, пришлось отдуваться самой:
– Слушай, маг. Я так устала барахтаться в вашем злобном, никчёмном мирке, что мне уже безразлично. Если завтра меня объявят местной богиней или ещё кем‑нибудь – тоже не удивлюсь. Я просто хочу домой, понимаешь?
– А как же Рогор? – изумился маг.
– А что с ним?
– Ты… ты любишь Рогора. Конечно, после такого он не сможет на тебе жениться…
– Жениться? Санаминэль, ты умом тронулся?
В этот раз меня не накрыло, меня буквально снесло волной удивления.
Чувства Санаминэля были чистыми и искренними, как слёзы ребёнка.
– Маг… – выдохнула я. – Ты ничего не понимаешь. Помнишь, Рогор сказал, что я изменилась? Это действительно так…
Снова почувствовала его удивление. Хотелось послать Санаминэля к чёрту, но я нашла в себе силы ответить. Или не я, а тот, кто так прочно слился с моей сущностью?
– Я всегда была тихой, безобидной девочкой.
Мной вертели и понукали, а я… Знаешь, я всегда считала себя виноватой, всегда принимала чужую сторону.
Мальчишки во дворе играли в футбол, один засмотрелся на меня и пропустил мяч. Мячик впечатался в витрину магазина и разбил её… Я виновата.
Учитель назначил внеплановое дежурство – нужно поднять стулья и подмести кабинет. А у меня через пятнадцать минут занятия в музыкальной школе начинаются. Попыталась объяснить ему – вытолкал взашей, со словами «ну и иди!».
Опять виновата.
Препод по гражданскому праву никому зачёт не поставил – это я. Посмела явиться в джинсах и испортила старому педофилу настроение. Ведь все знают, он любит девочек в коротких юбках…."
"Натка, сестра, сочла завещание бабушки несправедливым: мол, квартира должна достаться ей, а не мне… Я снова виновата. И так во всём.
И каждый раз я соглашалась с доводами других. Они были так убедительны…
Вдруг я попала сюда. А тут – то же самое.
