Новый залп заставил покачнуться раненого знаменосца. Рогор видел, как дёрнулись пальцы, отпустили повод. Воин, что было сил, вцепился в луку седла и застыл. Лошадь продолжала неспешно вышагивать, даже не подозревая – она принесёт в горанский стан мертвеца.
Крики восторженной толпы постепенно отдалялись, стрелы ремвидцев падали далеко позади. Рогор заметил, как четвёртый, последний, воин кренится, припадает к лошадиной шее. Из его спины торчит единственная стрела, но ей удалось попасть в щель между металлическими пластинами, пробить кожу доспеха и войти в сердце.
Рогор молчаливо взвыл и продолжил путь к лагерю. Медленно и степенно, как прежде.
Ступая на землю Ремвида, Рогор хотел пощадить этот город. Но как можно простить тех, кто преступил извечный закон, напал на парламентёров?
Ему стоило ожидать подобного предательства – один раз Ремвид уже расправился с мирным посольством. Но даже сейчас, заглянув в глаза смерти и отдав в её холодные лапы четверых соратников, Рогор не жалел о принятом решении.
Знай он наверняка, что у городской стены ждут лучники, поступил бы так же.
…В горанском лагере было тихо, как в могиле. Воины не смели предложить главнокомандующему помощь, не смели остановить лошадей, которые несли на спинах мёртвых всадников. В душе каждого закипала злость, в глубине глаз таился ужас.
Рогор подъехал к своему шатру, молча спешился. Он окинул толпу встречающих сумрачным взглядом, кивнул магу Санаминэлю. Тот всё понял – ухватил за локоть ошарашенную колдунью и потащил в шатёр Железного воина.
Через четверть часа, Рогор сумел взять себя в руки и взглянуть на неё.
– Я не видел нового оружия, Настя. Нас сопровождали стрелами. Но только человек достигший настоящего могущества может пойти против нерушимых законов. Я не знаю, что ждёт нас этой ночью. Ты сделала всё, что могла, и теперь я прошу… уйди.
– Как? – выдохнула колдунья.
– Я не имею права рисковать твоей жизнью.
– С дуба рухнул?
– Настя! – прорычал он. – Как ты разговариваешь с главнокомандующим?!
Колдунья потупилась, но только на секунду.
Рогор одарил девушку странным взглядом, сказал чуть слышно:
– Это не твоя война. К тому же… ты не одна. Понимаешь?
– Нет. Не понимаю.
– Глупая баба! – он не скрывал ярости. – Меня называют Железным Рогором. С моими приказами не спорят!
Вешенская колдунья смущённо теребила рукав блузки и смотрела в пол.
– Я похожа на воина Горанга? – тихо пробормотала она.
– В том‑то и дело, что нет, – усмехнулся Рогор.
