Золотые мальчики (ЛП)

Я ненавидела то, что собиралась сделать, но все равно нагнала на нее.

— Эй! — слишком громкое восклицание услышала я после того, как забрала у нее телефон.

— Я просила сделать это несколько дней назад, Скар! Так что твой телефон пока полежит у меня, — сказала я.

— Если будет что-то срочное, пока меня нет, миссис Левинсон не будет против, если ты воспользуешься ее домашним.

— А если Шейн напишет?

Я увидела ее слишком милое выражение лица, чтобы поверить, и пожала плечами.

— Я отвечу ему, что ты наказана. Но если он придет, вы сможете поговорить, пока он будет сидеть на крыльце, а ты мыть посуду.

И да, я имею в виду, что он не будет заходить в дом, пока меня нет. Это понятно?

Дерзкий вздох сорвался с ее губ.

— Серьезно? Мне нельзя встретиться с друзьями на улице?

— Не с теми, у кого есть члены, — сказала я сама себе.

— Мы знакомы с Руизами всю жизнь, Блу. Будь разумной.

Она даже не представляла, что напоминание мне об отношении Шейна к Рикки, только усугубит ситуацию.

— Он помогает мне с планированием ярмарки, — добавила она.

— Ярмарки? — я удивилась.

Она закатила глаза, что значило, что она собирается повторить пройденный когда-то нами разговор. Что-то, что я должна была запомнить.

— Я буду снова продавать печенья и пирожные на благотворительной вечеринке в следующие выходные. Все, что я продам, пойдет на покупку нам продуктов или еще чего-нибудь.

Моё. Сердце. Разбилось.

Ей четырнадцать. То, на что мы будем обедать — это последнее, о чем она должна беспокоиться. Но… Увы.

Моя единственная надежда не поддаться эмоциям — это придерживаться своих принципов.

Так что я проигнорировала тот факт, что она должна нести этот груз со счетами, как делала я все это время.

— Он не подойдет к нашему дому и на два метра, Скар, — я повторила. — Понятно?

— Да, предательница, я поняла, — она снова закатила глаза.

Когда я просияла большой, зубастой ухмылкой, чтобы позлить ее, она схватила самое первое, что попалось на полу в коридоре — тонкий блокнот — и бросила его в меня.

Она промахнулась, и я побежала к двери заднего выхода с ключами и сумкой в руках.

Документы, которые были нужны мне сегодня утром, уже заполнены и ожидали на пассажирском сидении.

— Пока, детка, — сказала я, подразнив ее. — Посуда!

— Ты диктатор! — прокричала она. — Особенно в плане «членов»!

— Еще одно слово, и телефон останется у меня до понедельника.

— Хорошо, хорошо. Не будь такой серьезной все время! — согласилась она, зная, что мои угрозы не были пустым местом.