Я давно не мальчишка, которого штормит от красивых глазок и упругих попок, и бегать за милой недотрогой не намерен. Да, я ее хочу и заполучу. Но без суеты.
Тем не менее, пальцы быстро набрали номер одного из моих новых охранников.
— Виталий, как обстановка?
— Спокойная, босс. Екатерина Николаевна общается с вашим сыном. Тут еще Бояров с Лебедой. И Василий Андреевич очень фамильярно себя с ней ведет.
— Василий Андреевич..? — медленно повторил я, наливаясь злым раздражением. — Фамильярно, значит?
— Да, босс.
Ну, знаете, обнимашки… смешуeчки. Такого плана фамильярность.
Я отрубил связь и вышел из кабинета так стремительно, что секретарша в приемной подскочила на стуле и выронила что-то. Скорее всего пилочку для ногтей, свое любимое орудие труда.
— Артeм Александрович, что-нибудь…
— Позже! — рявкнул ей и нырнул в кабину лифта.
До восточного крыла здания я добрался быстро. И сразу услышал из ресторанно-игрового зала весeлые голоса. Причем самый громкий среди них принадлежал отнюдь не ребенку.
— …скажи старому доброму дяде Васе, что ты хочешь попрыгать во-о-он на том батуте! — трещал обнаглевший в край Боярка. — Только не один, а со мной и Катюшей, ага? Ведь хочешь? Скажи мне, да или да?
— Да! — охотно кивнул ничего не подозревающий Костя.
— Что и требовалось доказать, торжествующе подытожил Боярка и приобнял девушку за талию.
Зрелище, конечно, не прибавило мне настроения, но подобное поведение для этого балабола было в порядке вещей.
А вот то, что Катя улыбнулась ему в ответ — слишком тепло, на мой взгляд, — выбесило мгновенно.
— Бояров! — прорычал я на весь зал.
Голоса в толпе резко стихли. Боярка вскинул руки ладонями вверх, словно партизан на прицеле противника. Вот только рожа у него была при этом такая блудливо-хитрая, что кулаки так и чесались немного отшлифовать ее выражение.
Я стиснул зубы. Собственная реакция на ерундовое происшествие крайне напрягала.
— Подойди на пару слов, — я кивком указал на дверь.
— Лебеда, ты тоже.
В коридоре никого не было. Как только за нами закрылась дверь, я с подчеркнутым спокойствием развернулся. Блондин смотрел с большим любопыством, а виновник моего раздражения… с откровенным весельем и почему-то с сочувствием. Как будто отлично понимал, что я испытываю.
— Не лезьте к Кате со своими фокусами. Она на работе. Бояров, предупреждение к тебе особенно относится. Это ты понимаешь?
Боярка хмыкнул.
— Ну да, ну да.
