Зов бедствия

Вырванная из лап смерти обречённая пусть и была слаба, но изо всех сил старалась быть полезной и действительно переживала за нас.

— Спущусь к терминалу, — сказал я. — Гляну, чего нового появилось для друида с глазом дохлой птицы.

Не то, чтобы я надеялся на что-то особенное, просто не мог сидеть без дела, а помочь как-то иначе не мог.

— Ага, расскажешь потом, — без интереса отозвалась девушка.

— Удачи, — сонно сказал Рейн. Его регенерация не подвела, и отрубленные части тела снова были на месте.

Привычно открыв дверь, я увидел переставший гореть камин, и спрыгнул вниз.

Вот только привычной локации вокруг не было. Внизу больше не было потухшего углы, а выход из камина почему-то преграждала решётка.

К счастью, она была не заперта, и я легонько её толкнул. Та со скрипом поддалась и открыла вид на тесное помещение, где вместо каминов теперь были странные горящие клетки с… что это?

Горящая ящерица в клетке напротив меня толклась, выбирая за решёткой место поуютнее.

Саламандра какая-то, что-ли?

Я прислушался.

За треском огня было сложно понять, есть ли здесь ещё кто-то.

Интересный номер. Выходит, пока мы спали, прошёл пересбор? В принципе, всё сходится — никого из нас здесь не было, а локация стояла без мобов уже третий день. Значит система посчитала локацию пройденной изменила.

Вот только как она это сделала…

В голову приходят мысли об очень паршивой нейросети. Стена будто приделала к одной локации другую, грубо подходящую по логике, но напрочь без здравого смысла.

Я ещё раньше удивился, зачем бы это маленьким огненным человечкам поддерживать шесть каминов с пламенем до верхнего этажа.

Но теперь это было ещё менее удачный шов. По логике всё так, шесть источников пламени было — шесть и осталось, только вместо каминов — клетки с экзотикой.

Вот только кто бы строил в своём доме камин над клетками зверинца?

Кстати, горели не все шесть. Всё полностью сохранилось — слева от меня была ещё одна погасшая клетка, а в ней — фрагмент саламандры. Во всех остальных клетках огонь сохранялся.

Наши изменения наверху отозвались мелкими особенностями локации под нами.

Ближайшая саламандра выпустила в мою сторону тонкую струйку огня, опалив щетину.

— Ун-ун! О-на ау! У-ун! — проверещал неприятный гортанный голос.Высокий и одновременно с этим скрипучий, будто покуренный или сильно простуженный.

А затем дверь в комнату распахнулась.

Я шагнул в сторону и спрятался между клетками. Очень уж любопытно было посмотреть на местных в их естественной среде.