Зов кукушки

 — Энстис мне все уши прожужжал — и про ногу его, и про медаль за спасение жизни. Уж такой пестрый послужной список.

Карвер опустил руки, подался вперед и теперь сцепил пальцы на столе. Свет голой лампочки не украшал его багровую физиономию с лиловыми мешками под колючими глазками.

— И про старика твоего знаю, и много чего.

Выжидая, Страйк почесал небритый подбородок.

— Хочешь прославиться и разбогатеть, как папочка, да? Ради этого все затеял?

У Карвера были ярко-голубые воспаленные глаза, которые у Страйка всегда ассоциировались (после знакомства с неким майором воздушно-десантного пехотного полка, впоследствии лишенным звания за причинение тяжких телесных повреждений) с агрессивным холерическим темпераментом.

— Рошель не бросалась в реку. А Лула Лэндри не бросалась с балкона.

— Бред! — заорал Карвер. — Ты разговариваешь с двумя офицерами, которые доказали, что Лэндри сама сиганула вниз. Мы все улики частым гребнем прочесали. Я тебя насквозь вижу. Нашел себе дойную корову, этого несчастного пидора Бристоу, и разводишь его на деньги.

— Представляю, какой у тебя будет видок, когда эта история попадет в газеты.

— Залупаться вздумал, козел? — Грубая, широкая физиономия Карвера побагровела, сверкнув голубыми глазами. — Ты по уши в дерьме, понял? Ни знаменитый папенька, ни костяная нога, ни армейские подвиги тебе не помогут. Кто поверит, что эта тупая корова утопилась без твоей помощи? Она ведь ко всему еще психованная была? Вот ты ей и вдолбил, что она совершила плохой поступок и должна себя наказать.

— Рошель перешла через Грантли-роуд и, живехонькая, зашагала от меня прочь. Нетрудно будет найти тех, кто видел ее после меня. Такую шубу каждый запомнит.

Отделившись от картотечного шкафа, Уордл подвинул себе жесткий пластиковый стул и тоже подсел к столу.

— Что ж, послушаем, — сказал он Страйку. — Твою версию.

— Девчонка шантажировала убийцу Лулы Лэндри.

— Охренел, что ли? — взъелся Карвер, и даже Уордл театрально хохотнул.

— Накануне своей смерти, — продолжил Страйк, — Лэндри встретилась с Рошелью в том бутике, в Ноттинг-Хилле, причем на пятнадцать минут. Она сразу потащила Рошель с собой в примерочную, где сделала звонок, умоляя кого-то приехать ночью к ней домой. Это слышала продавщица — она находилась в соседней кабинке, а примерочные разделены только занавеской. Продавщицу зовут Мел, рыжеволосая, с татуировками.