Зов кукушки

«Если тебя прижмет Отдел специальных расследований, говори: „Без комментариев, требую адвоката“. Или: „Спасибо, что меня заметили“ — тоже прокатит».

Страйк напоследок хмыкнул, а потом закрыл сайт и резко выключил компьютер. Он так устал, что провозился вдвое дольше обычного, снимая протез.

9

Ясным воскресным утром Страйк опять направился в студенческий центр, чтобы принять душ. Как и прежде, он сознательно выпятил могучую грудь, напустил на себя мрачность (вполне, кстати, естественное выражение лица) и с грозным видом, чтобы ни у кого не возникло желания задавать ему вопросы, нагло прошагал мимо вахты, глядя себе под ноги.

В раздевалке он помедлил и дождался удобного момента, чтобы не шокировать студентов протезом: это была слишком броская примета.

Освежившийся и чисто выбритый, он доехал на метро до «Хаммерсмит-Бродуэй» и через торговый центр под стеклянной крышей, поймав робкие лучи солнца, вышел на улицу. В магазинах на Кинг-стрит было полно народу, прямо как по субботам. От этого многолюдного и совершенно бездушного коммерческого района было всего десять минут пешком до сонного, патриархального участка набережной Темзы.

"

"На ходу, под шум транспорта Страйк вспоминал воскресные дни своего детства, проведенного в Корнуолле: пойти можно было только в церковь или на пляж. В ту пору воскресенье означало разговоры шепотом в гулкой тишине, осторожное звяканье посуды, запах мясной подливы, скучные телепередачи под стать опустевшим улицам, неумолчный шорох прибрежных волн и, за неимением других развлечений, бессмысленную беготню по гальке в компании Люси.

Мать однажды сказала: «Если Джоан окажется права и я попаду в ад, это будет вечное воскресенье в клятом Сент-Мозе».

На подходе к Темзе Страйк, не останавливаясь, позвонил своему клиенту.

— Джон Бристоу слушает.

— Извините, что беспокою в выходной, Джон…

— Корморан? — приветливо начал Бристоу. — Ничего-ничего, пожалуйста! Как прошла встреча с Уилсоном?

— Отлично, с большой пользой, спасибо. Хочу спросить, не поможете ли вы мне найти одну подругу Лулы.

Они познакомились на лечении. У нее имя на букву «р» — Рейчел, Ракель, как-то так, а жила она в Хаммерсмите, в приюте Святого Эльма. Вам это о чем-нибудь говорит?

Повисла короткая пауза. Когда Бристоу заговорил, в его тоне звучало разочарование, граничащее с досадой:

— Зачем она вам? Ведь Тэнзи ясно сказала, что слышала мужской голос.

— Эта девушка интересует меня не как подозреваемая, а как свидетельница.