Зубы дракона

 — Так значит ты… собрался жениться?

— Да, время пришло. Мне уже двадцать пять, и хозяйству нужна женщина.

— Может быть, и тебе тоже?

Она нагнулась и сняла несколько травинок, налипших на ее мягкий кожаный сапог.

— Ты… уже, должно быть, сватался?

Он тоже не решался поднять глаза.

— Ты же знаешь, что нет, Елена.

Она прекрасно понимала, почему он не делает ей предложения. Беседа становилась все более натянутой, поэтому она вскочила.

— Смотри-ка, одна коза куда-то пропала!

Только что обе козы паслись рядом, а сейчас одна из них просто зашла за куст с желтыми цветами, так что повод прервать разговор был сомнительным.

Но Милан ее понял, а так как сказать ему было больше нечего, продолжение разговора оказалось бы в тягость обоим. Милану и в голову не приходило взять ее за руку или поцеловать. В этой местности репутация была для девушки превыше всего.

— Ну что ж, пойду дальше. Если потребуется моя помощь, ты только скажи, Елена!

Оба прекрасно понимали, что она никогда не осмелится о чем-то попросить его.

— А ты придешь на праздник урожая?

Она неуверенно улыбнулась.

— У меня есть только это платье. Не думаю, что мне стоит появляться в нем на празднике.

— А почему бы и нет, — сказал он, сам не веря в то, что говорит. Ему ведь тоже не хотелось, чтобы она подверглась насмешкам. — В один прекрасный день, Елена, я куплю тебе новое платье.

На ее лице отразился страх.

— Нет, ты поняла меня неправильно! Но ведь своей собственной жене новые одежды покупать можно, не так ли?

С этими словами он ушел, прежде чем она успела ответить или смутиться.

Он ведь был деликатным человеком, этот добрый Милан.

Елена долго провожала его взглядом, следя за тем, как он то появляется, то исчезает между скалами и кустами на пути вниз, к деревне.

Она не боялась жить одна в своем крохотном разваливающемся домике.

Мужчины Планины соблюдали моральные устои, предписываемые религией и строгим воспитанием. В Планине не было так называемых «плохих» женщин.

С другой стороны, она боялась «ночного странника» больше, чем остальные. Во-первых, потому что она жила одна на самом краю деревни, а во-вторых, потому что ее дом стоял близко к тому месту, где его чаще всего видели: на верхушке горы к северо-западу.

Сама она с ним не встречалась. Ей редко приходилось выходить в темноту. А днем его не было видно. Хотя иногда он появлялся уже с наступлением сумерек.