Зултурган — трава степная

В кибитке, наполненной горластой малышней, живут и какие-то дальние родственники, некуда им, неприкаянным, деться. Не кибитка, а тыква, начиненная семечками. Однако Сяяхлю тянет сюда, в это шумное семейство, к этой до бровей заляпанной кизячными брызгами хозяйке по имени Жиргал. Чем же убогое жилье влечет к себе девушку? Сяяхля не могла бы объяснить и сама себе. Но это так! Раньше она если ходила сюда, от случая к случаю. В последнее время стала наведываться, бывает, и несколько раз в день.

Чуть покончит с уборкой, приготовит еду для отца — и кидается ко второй от края хотона кибитке.

Здесь она словно обретала покой. Она будто слышала здесь голос Нармы, доводившегося хозяйке дальним племянником.

Для всего хотона Сяяхля была отрадой. Если бы какая-либо другая девушка зачастила в дом родственников любимого человека, про нее пошли бы всякие сплетни. О Сяяхле не спешили обронить худое слово: одна скажет, двое рот заткнут! Потому что умом Сяяхля превзошла любую семейную женщину. А то, что она девушка и душой мается — только злой человек не поймет этого.

Хозяин той кибитки, где Сяяхля стала частым гостем, почти не живет дома — батрачит у кулака в соседнем хотоне. Замученная детьми супруга его, сорокалетняя, но уже почти вся седая, родом из аймака Налтанхин. В семье этой четверо детей, самому старшему — девять, младшему — четыре года. Пока мать возилась с кизяками, сорванцы придумали игру в прятки. Один из них сунул голову за кадку с водой, но, обнаруженный, хотел перебежать под кровать. Рванулся было в сторону от преследователя и столкнул кадку с лавки.

А пресной воды — только в ней, с ведро осталось до завтрашнего дня! Кадка зацепила ведро! Пролилось молоко — бог с ним. Но вода! Пресную воду в хотон возят из колодца, а путь к нему измеряется двумя десятками верст! Да и бочка с деревянным кляпом на весь хотон одна! Сегодня этот долгожданный возок с водой уже не приедет. На чем еду готовить? Того и гляди, хозяин к обеду заявится! Горестно сокрушаясь из-за такой невосполнимой потери, мать схватила толстую лозину, лежавшую у порога, и принялась всыпать правому и виноватому. Мальчишки — врассыпную! Кто-то хотел поднырнуть под мать, чтобы выскочить во двор, но не вышло: удар пришелся по голове шестилетнего мальчика! Показалась кровь! Опять беда матери! Обхватила голову сынка, целует, полотенце прикладывает — не унять крови. Испугавшись, мать сползла на пол, рухнула без сознания.

— Сяяхля! Скорее! — бежали по улице мальчишки. Сяяхля прибавила шагу.