Зултурган — трава степная

У посвященных в эти черные замыслы сообщников Долан изрядно повыбирал мелкими и крупными суммами. Очередь дошла до Бергяса. Долан давно бы напомнил прижимистому главе рода Чоносов о том, что другие старосты и сами не забывали, но встрече их мешала давняя неприязнь…

Считая Бергяса человеком неглупым, понимающим, что творится вокруг, Долан постепенно пришел к мысли: уж если не договорится с Бергясом по-хорошему, припугнет. А то и может обложить его таким налогом по линии исполкома, что главе рода не вздышится…

Бергяс давно ждал появления в своем доме агентов и по-своему готовился: усиленно распускал слухи о своей тяжелой болезни, для видимости запустил хозяйство… А если получит извещение о крупном налоге, решил он, уйдет в банду или сколотит на обреченные суммы свою кучку отщепенцев и погуляет напоследок по степи, знакомой ему до каждой балочки и бугорка.

Встреча с Доланом пошла именно по такой непрямой колее: хотите денежки — послужите и мне лично; а кто служить будет — представьте в дом!..

Долан избегал лишних контактов между своими людьми. Здесь же рассудил так: «Пусть встретятся и обнюхают друг друга… Звери из одного логова узнают друг друга по запаху».

Ловкому в словесных перепалках Бергясу хотелось проверить, на что способен этот новый спаситель имущих степняков от Советов, заодно увериться, на самом ли деле так умен Малзанов, определив в главари человека с дурацкой белой тряпкой на башке, заметной в любую пору суток издалека?.

Судьба едва не обернулась к Долану снова спиной. Опоздай на несколько минут Цабиров или — еще хуже — не окажись он в хотоне, когда от усатого прискакал гонец с кургана, бандюги порешили бы их со стариком!.. Да что ему Онгаш! Дед уже и память теряет от ветхости, мелет всякую чушь: видите ли, не своей жизни ему жаль, а тех, кто ждет совдеповских подвод с мукой!.. Корми не корми эту голытьбу, все равно перемрут, как мухи! Было о ком горевать!

Перед испугавшимся насмерть сыном зайсана оказался, будто присланный судьбой, сам Доржи Цабиров.

Доржи Цабиров служил управляющим в хозяйстве князя Тюменя. С ним же подался за кордон. Порядком помыкал нужду там, отринутый почему-то прежними хозяевами. Однажды судьба свела его с таким же скитальцем, Доланом Малзановым, и Долан на той поре кое-что имел из родительского запаса, поделился с княжеским холуем.