Звезда Авроры

Ощущаю, как расширяется в груди рваная рана, темная и глубокая, из которой мне, быть может, не выбраться никогда.

Залегшее между нами молчание шире и холоднее самой Пустоты.

На миг я не могу себе представить, что оно кончится. Но тихий писк моего унигласса заполняет эту бескрайнюю пропасть и разбивает сковавшие нас чары.

Я прикасаюсь к униглассу на поясе:

Я смотрю в эти разные глаза, чувствую, как боль разрезает сердце клинком.

Я дотрагиваюсь до унигласса, прекращая передачу.

Смотрю на девушку напротив, на века и световые годы далекую от всего того, где и чем она хотела быть.

Во рту вкус крови и пепла.

Что можно сказать, если нет слов, чтобы выразить свои чувства?

Что можно сделать там, где ничего сделать уже нельзя?

– Нам пора, – говорю я.

Она без единого слова встает с биокушетки и идет к двери.

Когда О'Мэлли и Эльфеныш возвращаются на мостик, я вожусь с навкомом. У нее вид, как будто она проехала десять километров по ухабистой дороге, а у него – будто кто-то убил его любимого щенка и голову подбросил ему в кровать.

Но если честно, у нас сейчас есть проблемы поважнее Чувств. «Беллерофонт» все так же нас догоняет, а после того, что мы только что узнали…

– Аври, ты как? – спрашивает Скарлетт, явно ставя Чувства несколько выше меня. Вот такая она добрая.

О'Мэлли смотрит на Эльфа, и я вижу в ее глазах ложь еще прежде, чем она ее произносит.

– Кэт, покажи им, – просит Тай.

Шевельнув кистью, я вывожу визуал с моего навкома на главный голографический дисплей.

О'Мэлли всматривается во вращающуюся спираль мерцающих звезд.

– На что это я смотрю? – спрашивает она.

– На карте в твоем Триггере были подсвечены в общей сложности двадцать две звезды, – говорю я. – Я нанесла эти системы на известные сегменты галактики.

– И долго возилась, – вставляет Финиан. – А назвать, просто глядя на них, – не могла.

– В Млечном Пути порядка двух миллиардов звезд, Тощий. Я их еще не все выучила.

– Я думал, тебе положено это уметь.

– Финиан, заткнись.

 – Я переключаю нужные клавиши, и среди миллиардов солнц загораются двадцать две красные точки. – Большинство подсвеченных систем неисследованы. И до многих из них путь очень долог, даже через Складку. Но все они располагаются на известном уязвимом месте Складки.

– У них у всех есть естественно возникшие ворота? – спрашивает Эльфеныш.

Я ввожу еще серию команд:

– А какая из этих систем ближе всего к нашим текущим координатам, вы в жизни не догадаетесь.