Теперь уже лучше, - вымученно улыбнулась императрица. Ей действительно стало легче дышать."
"- Теперь вам не стоит волноваться. Все пройдет хорошо, ваше величество.
Императрица прикрыла глаза.
- Я хочу обмануть богов…
- Вы хотите спасти сына, - возразил маг. – Принц Даррел не должен умереть. Империя не может потерять его. Прошу вас, помните, что вы все делаете правильно.
После короткого разговора магистр Эдуард ушел, а императрица, оставшись одна, закрыла лицо руками и расплакалась. Слабой она могла позволить себе побыть лишь в одиночестве.
Глава 28
На следующий день после знакомства со своей второй формой я отдыхала – набиралась сил. Правда, так просто меня не оставили в покое – с самого утра измеряли уровень моего магического потенциала и другие показатели силы. Когда пранометр показал цифру девяносто шесть, у меня округлились глаза, хоть я и предполагала, что моя сила возросла. Но еще в начале учебного года потенциал был почти в два раза ниже – сорок шесть. Из слабых магов я вдруг резко перескочила в сильные.
- Ничего, еще до ста двадцати дотяните, ваша милость, - весело сообщила мне преподавательница с факультета целительства, которая занималась измерениями потенциала.
- Нет, что вы, быть архимагом мне точно не под силу, - ответила я, а она и ее помощники лишь рассмеялись в ответ. Они были уверены в обратном, а вот меня такая сила, которой обладали лишь избранные, пугала.
«Сила – это власть», - сладко прошептала тьма, голос которой становился все сильнее. Она, в отличие от меня, упивалась силой, а я, как могла, старалась ее заглушать.
Мне отчаянно хотелось остаться прежней Белль – беззаботной девчонкой с обычными проблемами. Но боги решили иначе.
Чем чаще я думал об этом, тем больше понимала, что мне не нравится покорятся решениям богов, которых никто никогда не видел. И все больше хотела свободы. И тьма тогда начинала шептать, что власть – это свобода.
После обеда ко мне пришел Даррел, который, в отличие от меня, день провел продуктивно – судя по его уставшему виду, он тренировался с самого утра.
Видя его, я захотела улыбаться – словно солнце озарило мою спальню. На сердце сделалось тепло, и руки сами собой потянулись к Даррелу, но я сдержала свой порыв. Иначе подумает, что я ненормальная. Это ведь ненормально, когда тебя так тянет к другому с такой силой, верно?
Он подошел ко мне – такой красивый, высокий, с растрепанными черными волосами, в белоснежной рубашке с широкими манжетами, закрывающими половину ладони.
