Сашка не поднимала глаза, желая провалиться прямо на этом месте. Клипман подхватил ее и Риту под руки:
– Девушки, тут внизу есть неплохое кафе. Давайте выпьем кофе."
"– Но у нас мероприятие, – сказала Рита, с обожанием глядя на Юлика. Сашку она демонстративно не замечала.
– И у меня тоже. Но дела подождут. Без проблем! – провозгласил Клипман и фактически силой затащил их в лифт.
* * *В день кастинга на роль девочки-блогера в четвертый сезон сериала «Неслухи» Натка ужасно нервничала. Ее сразу предупредили, что пробы могут затянуться, поскольку очередь из желающих образовалась довольно солидная, не меньше пятидесяти детей, и Натка совсем пала духом.
Конечно, она понимала, что далеко не все являются претендентами на нужную ее дочке роль, но режиссер отсматривал всех детей подряд, а это означало, что своей очереди придется ждать чуть ли не до вечера.
К долгому ожиданию она приготовилась, взяв для Насти, то есть Аси, парочку любимых девочкой бутербродов с сервелатом, два пакетика сока и маленькую шоколадку, но вот о себе не позаботилась совершенно, прихватив с собой лишь бутылку воды.
Из дома они выехали, когда на часах еще не было и семи утра, и вот сейчас, к трем часам дня, она ужасно хотела есть.
Как на грех, в здании, где проходил кастинг, не было не только кафе, но и даже завалящего автомата с чипсами и конфетами. Отлучиться, чтобы сбегать в кафе напротив, Натка не могла, ведь Настю могли вызвать в любой момент. То есть Асю.
Девочка от долгого ожидания устала и начала капризничать, что ей вообще-то совсем несвойственно. Будущая звезда Ася Константи обладала очень терпеливым характером.
Еще с того момента, как Константин Таганцев впервые увидел ее в больнице города Энгельса, она никогда не плакала и не жаловалась. Однако сейчас девочка заметно устала и чуть ли не дремала на стуле, привалившись к Наткиному плечу и периодически хныча.
– Мамочка, мы скоро пойдем домой? Я хочу к своим куклам и Веньке.
Венькой звали их кота, с которым Настя подружилась с первых же дней пребывания в доме Таганцевых. Вообще-то Венька своим хозяином признавал Сеньку, но Насте иногда разрешал гладить себя по мохнатому пузу и за ушами, хотя терпеть не мог никаких нежностей.
Натка поймала себя на том, что мысленно опять назвала дочь Настей, и вздохнула. Если ей трудно перейти на новое и непривычное для слуха имя, так чего уж от других членов семьи ожидать.
