Сенька тоже то и дело сбивался с Аси на Настю, а Таганцев и вовсе проигнорировал пожелание жены и, как и раньше, звал дочь исключительно Настюшей.
В животе заурчало так громко, что на Натку оглянулась сидящая рядом бабулька с ребенком лет десяти. Ровесник Сеньки был одет в белую рубашку с галстуком-бабочкой и черные брюки со стрелками, только скрипки не хватало. Бабуля, громко разговаривающая по телефону, успела поведать всем своим родственникам, что ее внук претендует на одну из четырех главных ролей в «Неслухах».
Нет, надо поесть, а то так и до голодного обморока недалеко.
Натка набрала номер мужа, хотя и понимала, что в разгар рабочего дня он вряд ли сорвется с места, чтобы привезти ей какой-нибудь бутерброд. Так и есть. Таганцев даже на звонок не ответил, сбросив его и прислав короткое сообщение, что он не может говорить и обязательно перезвонит позже. Так, кто еще может ее выручить? Сестра Лена? Не вариант. Судья Кузнецова в это время тоже на работе.
Племянница Санька? Та не ответила на звонок, видимо, была занята какими-то своими девичьими делами. Оставался только Сенька, и Натка набрала номер телефона старшего сына. У него сегодня, к счастью, нет занятий в бассейне, и после школы он должен быть дома.
– Да, мам. – Сенька ответил после первого же звонка, из чего следовало, что он держит телефон в руках, играя в какую-нибудь игру.
Вот и хорошо, пусть отвлечется, прогуляется и принесет ей еду, тем более что до места кастинга всего три остановки на метро без пересадок.
Материнское задание приготовить два бутерброда, заварить чай в термосе и привезти это все по нужному адресу Сенька воспринял спокойно и пообещал все сделать. К этому моменту у Натки снова громко заурчал живот, так что в свое поручение она привнесла небольшие коррективы.
– Вот что, сыночек, ты делай бутерброды и чай, а я вызову тебе такси. Очень есть хочется.
– Мам, ты что как маленькая, – удивился Сенька.
– На метро же быстрее будет. Сейчас уже час пик начнется, на такси я гораздо дольше ехать буду.
Все-таки у нее очень разумный ребенок.
Сенька появился в кастинг-центре в районе половины пятого, когда Натка уже была близка к голодному обмороку.
– На, держи, – деловито сказал он, снимая с плеч рюкзак и вытаскивая из него завернутые в фольгу бутерброды и термос с чаем. – Я побольше сделал, вдруг Настюха тоже захочет.
– Ася.
