Звезда Сарханов

– Иии… – мое дыхание давно сбилось, воздуха явно не хватало, – что тты намерен с ней сделать?

Осмелев, я потерлась об него, как кошка. Анситор взвыл, прижимая меня еще крепче. А его пальцы, удачно миновав кружево чулок, скользнули по открытому участку кожи. Они настойчиво пробирались к моим трусикам. Последняя преграда на пути к желаемому дрогнула под его натиском, и я почувствовала, как он бережно погладил мои складочки.

– О, она заслужила сурового наказания, – выдохнул муж, а его палец скользнул еще глубже, вырывая мой стон, – влажная… Боги! Желанная, горячая, страстная… и вся моя…

В ответ смогла лишь застонать, уплывая на волнах удовольствия, которое дарили его пальцы.

Анситор слегка отстранился, и я услышала, как звякнула пряжка его ремня.

– Сейчас, котенок, – шептал он, – только снимем эту странную часть твоего платья.

И он потянул трусики вниз. Боги! Да быстрей же, большая космочерепаха! Такая желанная, дарящая удовольствие рука покинула мое влажное, томящееся местечко, вырывая из меня стон отчаянья и возмущения.

– Какая нетерпеливая девчонка, – ворчал Анситор, переворачивая к себе лицом.

Я почувствовала горячие ладони, настойчиво поглаживающие мою попу. Наши губы слились в жадном, голодном поцелуе. Мои руки обвились вокруг его мощной шеи, и я почувствовала, как меня приподнимают, заставляя обвить торс мужа ногами. Его горячее пульсирующее желание тесно прижалось к моим влажным складкам. Я поерзала в поддерживающих меня ладонях, пытаясь тесный контакт превратить в более глубокий, и, когда мне это не удалось, жалостно всхлипнула.

Блондинистый искуситель на миг оторвался от моего рта, ухмыльнулся и продолжил целовать, как ни в чем не бывало. Головка его горячего члена так сладко терлась о стенки моего влажного лона, каждое ее движение срывало с моих губ стоны удовольствия, а этот маньяк упивался ими, продолжая меня изводить. И когда я уже готова была разорваться от неудовлетворенного желания, шепнул:

– Пожалуйста… – всхлипнула я, чувствуя, как муж толчками заполняет меня, – ещееее…

– Пожалуйста… – И снова толчки, глубокие, резкие, заставляющие кричать, а я молю, повторяя: – Еще… еще…

И взрываюсь, когда наслаждение переполняет меня до краев.

Мое прерывистое дыхание и низкие стоны блаженства звучат в унисон с рыком мужчины, тело которого содрогнулось от удовольствия.

– Кэт… мой сумасшедший котенок, – шепчет он и целует все, до чего в состоянии дотянуться, глаза, нос, брови, щеки, а я лишь блаженно щурюсь, тая от его нежности.