Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

Живые Цепи — те, что блокировали Руны и Скрижаль, оплели ближайшую черную тень. Та попыталась выскользнуть, превращаясь в туман, но ничего не вышло — оружие инквизиторов Вечности разило безжалостно. Цепи не убили опутанного Клинка, но лишили его подвижности и на время вывели из боя.

Второй противник, что только что убил Танцовщицу и Циклопа, стремительно метнулся к Белому Дьяволу. Боевые конечности его черного, пронизанного изумрудными прожилками доспеха горели ядовитым огнем, с шипением рассекали воздух, а вокруг золотой Скрижали стремительно вращались готовые пойти в ход Руны.

Сплошной террацитовый шлем — маска смерти, которая смотрела на Белого Дьявола зелеными огнями глаз.

В другой ситуации эта схватка стала бы самоубийством. Клинки были невероятно быстры — их Руны, Навыки и Атрибуты специально затачивали для победы над Восходящими. Но и сам Белый Дьявол был таков — идеальный убийца-разрушитель, хоть и застрявший в медленном и слабом серебряном теле. Зато на его стороне был опыт — осколок Единого хорошо знал, чего ждать от этих противников.

Черные лезвия пронзили лишь огненную ауру Призрака Небесного Огня, в которого обратился Белый Дьявол. Посмертный дар Орина был хорош — истинный огонь, струившийся в иллиумовых жилах Единства, страшил даже золото, и Клинок стремительно отдернул дымящиеся конечности, теперь сам избегая касания летящего к нему Призрака. Конечно, он сделал это без труда — и смог бы развеять призрачную форму осколка Единого, если бы не вспыхнувшая в его жилах Огненная Кровь.

Серебряное Заклинание заставило противника на мгновение скорчиться, а в следующее террацитовую броню с хрустом пробил Драконий Клинок. Этот удар тоже не стал бы смертельным — однако вспышка Жесткого Света, зародившаяся в лезвии, разнесла воина Гармонии в черные и алые клочья.

Смахнув горячее и липкое с лица, Белый Дьявол бросился к третьему Клинку. Тот сплелся с Азимандией в тесных, будто любовных объятиях, опутанный ее Живыми Волосами так плотно, что казался голубым коконом.

Между их головами пульсировало яростное свечение — и Белый Дьявол понял, что кел-леди держит противника Сиянием Разума, а ее собственное тело в нескольких местах насквозь пробито черными лезвиями. Они словно превратились в единый, истекающий кровью организм. Почуяв приближение осколка Единого, Азимандия прохрипела:

Похоже, у нее совсем не осталось сил — но и то, что сделала кел, было за гранью возможного.