Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

Она остановила элитного воина Гармонии!

— Моя! — прорычал Белый Дьявол, пронзая Драконьим Клинком их сплетенные тела, ибо разделить и поразить отдельно гармонийца было невозможно. Азимандии ничто не грозило — она всего лишь обратилась в сломанную Руну, а вот враг мог освободиться в любой миг. Но теперь Клинок дернулся в последний раз, пораженный в средоточие, а потом выжженный изнутри Жестким Светом, что излучало выкованное Кузнецом оружие. Именно такое он и просил у брата — иллиумовый меч, способный поразить любого Восходящего, невзирая на броню и ранги.

Азимандия вернулась в его Скрижаль, как и ее Существа. Третий враг все еще был жив, дергался и трепыхался — крепкое золото, — но Живые Цепи уже преодолели броню и грызли тело, черные пластины окрасила кровь. Белый Дьявол повернулся к нему, занося Драконий Клинок, но дорогу ему неожиданно преградила Морвейн — удивительно, но хрупкая кель'Талас каким-то чудом выжила в этой резне.

— Мой господин! Прошу, отдай его мне!

Осколок Единого кивнул, видя блеск золотого атамэ в руках своего некроманта.

Он понял, что у нее на уме. Второй подарок Кузнеца тоже требовалось испытать в деле, и сильная душа Клинка может быть очень полезной добычей. Плохое место для ритуала, но другого случая не будет!

Ритуальный кинжал, чье лезвие было сделано из осколка Алтаря Душ, вонзился в пылающую изумрудным огнем прорезь шлема. С неженской силой и жестокостью Морвейн погружала его в дергающегося Клинка, медленно поворачивая.

По ее рукам побежали мертвенно-зеленые вспышки, а на лице появилась зловещая улыбка — Заклинательница Душ выкачивала из врага его душу, перемещая ее в свой Кувшин.

Черная террацитовая броня пошла трещинами, сквозь них забрезжил изумрудный свет. На мгновение тело Клинка замерло, напряглось, а затем взорвалось, обращаясь в вязкую мерцающую субстанцию. Посмертное Растворение — враг распался лужей зеленой жижи, над которой замерцала крупная золотая Руна.

Нулевка, как и у всех остальных.

Белый Дьявол презрительно сплюнул — жалкие подделки!

— Ты успела забрать его душу, моя? — спросил он к Морвейн.

— Да, мой гос… — коротко поклонилась Восходящая.

Внезапно все вокруг заполнило ревущее изумрудное пламя. Осколок Единого успел увидеть надвигающуюся тень и заслониться плащом Холодного Пламени, а вот Морвейн — нет. От нее остался лишь пепел на черных плитах — ликтор Гармонии, зависнув над ступенями, в упор ударил по захватчикам.