Звездный рыцарь

Дина ошеломленно уставилась на Лорджина, начиная понимать, что в ее невероятном предположении на самом деле нет ничего невероятного. Она истерично расхохоталась.

Лорджин нежно потряс ее. Когда это не помогло, обнял и стал гладить по спине, чтобы успокоить:

— Ш-ш-ш… все в порядке. Мы принесли ему одежду.

Дина перестала смеяться и в изумлении подняла глаза на Лорджина:

— Да. Когда он возвращается в свою телесную форму, он всегда голый. Я приношу извинения, если его нагота тебя оскорбила.

— Его нагота? О чем ты говоришь?

— Превращение всегда оставляет его в таком виде.

Разве ты не из-за этого расстроилась? Я сужу так, потому что ты бурно реагировала на мою наготу.

Она захлопала ресницами от нелепости его слов. Кошка превратилась в человека, а Лорджин думает, что ее встревожила его голая грудь! Это просто безумие какое-то!

Глядя Лорджину прямо в глаза, она объявила:

— Это какой-то дурацкий мир. Я хочу домой!

Лорджин заулыбался, нежно отводя упавший ей на глаза локон:

— Не глупи, зайра.

 — Он обольстительно заглянул ей в лицо. — Ты ведь не бросишь меня здесь одного?

Дина ответила подозрительным взглядом. Будто такой мужчина останется одиноким хоть на минуту! Да тут выстроится очередь женщин только за право полюбоваться этим жарким фиалковым взглядом. Неожиданно эта идея вызвала у нее крайнее раздражение.

Нет, он не принадлежал ей. Но все равно мысль, что он может назвать какую-то другую женщину одним из многих прозвищ, которыми зовет ее, расстраивала. Настроение особенно ухудшалось при воспоминании, как он иногда произносит слово «зайра»… Голос его звучит глубоко и страстно, рокочет на букве «р», и оно как бы мягко скатывается с его языка.

А этот особенный взгляд, которым он смотрит на нее, словно и вправду получает от этого удовольствие…

Нет, Дина не может допустить, чтобы это стало важным для нее. Решительно устремив свой взгляд на Лорджина и проигнорировав его последний вопрос, она ткнула пальцем в Риджара:

Лорджин увлеченно наблюдал за сменой выражений, пробегавших по ее лицу, вызванной его небрежными словами.

Всей своей экстрасенсорной проницательностью, всеми фибрами своей души, всем своим существом, каждым вздохом он понимал, вернее, знал, что она его хочет. Он чувствовал ответный прилив сильнейших эмоций. Сегодня ночью он будет счастлив показать ей, как же сильно она его хочет. Его глаза полыхнули огнем, и он ответил на вопрос:

— Это мой брат. По-моему, вы уже встречались.