Разумеется, мы предпочли инструменты. В Лондоне до концерта оставались считанные минуты, и мы играли небритые, в футболках и джинсах.
Лара заразительно рассмеялась:
– Готова поклясться – публика приняла вас на ура!
– Это правда. Был еще один случай, в Индиане. Концертный рояль оказался заперт на ключ, пришлось ломать дверь.
Она хмыкнула, а Филипп продолжал:
– В прошлом году, после фестиваля Бетховена в Риме, кто-то из музыкальных критиков писал: «Адлер не пощадил наши уши. Со сцены звучала дикая какофония, главная тема рассыпалась, финал отсутствовал».
..
– Ужас! – сочувственно воскликнула Лара.
– Ужас состоял в том, что за роялем сидел не я! Я опоздал на самолет!
Она подалась вперед:
– Вспомните что-нибудь еще."
"– На концерте в Сан-Паулу в самый ответственный момент у инструмента отвалились обе педали.
– И как же вы?..
– Закончил сонату Шопена без них. А в другой раз рояль вдруг поехал к рампе... – Когда Филипп говорил о своей работе, голос его звенел от воодушевления. – Я счастливый человек, Лара.
Это очень приятно – мановением руки переправлять душу слушателя в иные миры. Музыка позволяет человеку грезить наяву. Иногда я думаю, что она – единственное свидетельство нашего разума. Простите, если мои слова звучат слишком выспренне.
– Ничуть. Ваш талант делает людей счастливыми. Когда я слышу, как вы играете Дебюсси, перед глазами возникает пустынный берег моря и парус на горизонте...
– У меня тоже.
– А ваш Скарлатти переносит меня в Неаполь: полные прохожих улицы, стук копыт, грохот экипажей.
..
По лицу Адлера было видно, насколько приятно ему это слышать.
В душе Лара испытывала горячую благодарность к профессору Майеру.
– Бела Барток открыл мне прелесть венгерской деревни. Вы, Филипп, как бы расписываете красками холст, и пейзаж вдруг оживает...
– Это похоже на лесть.
– Нет. Это чистая правда.
Официант поставил на столик поднос: куропатка в белом вине, дольки тушеного картофеля, стебли спаржи, фруктовое суфле на десерт. К каждому блюду полагался особый сорт вина.
Сделав первый глоток, Филипп произнес:
– Лара, я себя уже исчерпал. Поговорим о вас. Почему вы решили заняться строительством?
Некоторое время она собиралась с мыслями.
– Трудный вопрос. Вы творите руками. Я – головой. Я не строю здание, я создаю и обеспечиваю возможность его строительства. По ночам мне снятся горы кирпича, стальные балки, мешки с цементом. Я даю работу тысячам людей: архитекторам и инженерам, каменщикам и плотникам.
