Звонок с неизвестного номера

Я, когда ночью удирал, всегда боялся, что ты проснешься. А снаружи что-нибудь изменилось?

Вышли. Тропинка совсем заросла, но – оба упрямцы – продрались сквозь кусты, вышли на улицу Виноградную. Здесь и раньше было немноголюдно, а сейчас две ветхие избы сменились недостроенными коттеджами, еще один домик зачах, наполовину развалился, окна заколочены, дорога в колдобинах.

– Никто не живет. Только Мурад овец пасет. Как и раньше.

Прогулялись по полю, поздоровались с пастухом. Тот – совсем старый, высохший – растрогался:

– Сынишка твой, Михалыч? Как тебя – Диня? Ну что? Сигаретку, как раньше?

– Молодец.

Вернулись. Денис замкнул калитку, ключ отдал отцу. Каждый раз, когда приезжал навещать отца, на гору поднимался. На Виноградную больше не выходил. А вчера, когда в свете фонарика выбирал место для кошачьей могилы, заметил: калитка отперта.

Ночью Таню с Митей пугать не стал. Но едва рассвело – поднялся на гору. Подошел к калитке, нахмурился. Замок сбит, валяется рядом.

Он вышел наружу. Трава примята. Кто-то ходил здесь. И вряд ли отец – тот мог бы ключом калитку отпереть. Снизу, с Удаловой Щели, гора вообще не просматривается. Получается, кто угодно мог зайти на участок незамеченным.

Явно не воры – ценности отцовские в целости и сохранности.

Денис дошел до Виноградной. Все та же тишина, глухомань. Недостроенные коттеджи безлюдны. Только стадо овечье виднеется вдалеке.

Он поспешно дошел до поля. Мурад спал в холодке, сладко похрапывал. Рядом ружье. Солью заряжал, палил по мальчишкам – не попал, впрочем, ни разу.

– Дядя Мурад, – потряс старика за плечо.

Тот вскинулся, подскочил:

– Ф-фу, шайтан, напугал.

Уставился удивленно:

– Диня! Ты чего здесь?

– Дядя Мурад, – сердце бешено колотилось, – дело важное. Ты ведь каждый день тут бываешь?

– И шестнадцатого сентября тоже был?

– Да у меня любой день одинаковый, – растерялся пастух.

– Ничего подозрительного не видел? Шестнадцатого, или, может быть, раньше?

– С датами я не помню, – задумался старик.

– Да не разбираюсь я в них. Заграничная. Черная. Подъехала и встала. Как раз у дороги – куда от вас тропинка выходит.

– Ну?! – поторопил Денис.

– Стояла полчаса где-то. Или час. Потом уехала.

– А кто в машине был?

– Да я хотел подойти, посмотреть. Но овцы и так разбрелись, а ушел бы от них – совсем ищи-свищи.