Узник считал себя великим и выдающимся человеком и воображал, что он — то ""лорд"", то ""светлость"", то ""царь царей"". Сообщения о болезни Н. П. Щедрина доводились до сведения императора, но все оставалось по-прежнему. И целых 15 лет тот томился в заключении, будучи душевнобольным.
В. П. Конашевич, обвиненный в убийстве, был приговорен к смертной казни, которую ему заменили на пожизненное заключение. Когда его доставили в Петропавловскую крепость, он был еще очень молод (20–21 год), обладал богатырским телосложением, исключительной физической силой и железным здоровьем.
Правда, еще до суда страдал галлюцинациями и думал, что следователи хотят его загипнотизировать, чтобы все у него выведать. Потом он выздоровел и до 1889 года был вполне здоров, даже стал писать какое-то научное сочинение с целью осчастливить весь мир. Однако улучшение психического состояния узника было кратковременным. В Шлиссельбургской крепости его болезнь стала развиваться, и тюремный врач в рапорте отмечал, что ""арестант № 30"" постоянно жалуется на шум и беспокойство, большую часть ночи вообще проводит без сна, при этом возбуждение нервной системы доходит у него до максимума.
Из камеры В. П. Конашевич почти не выходил, к себе редко кого допускал. То он пел на всю тюрьму, то плясал, то свистел. А потом добился, чтобы ему доставили скрипку, и утверждал, что сочинил гениальную пьесу. И если бы ему позволили ее где-нибудь сыграть, особенно в Санкт-Петербурге на площади, то люди под влиянием его музыки поняли бы, что все они — братья.
А, поняв это, освободили бы из этой проклятой тюрьмы всех заключенных. ""А когда я буду на свободе, я устрою ряд (далее неразборчиво. — Ред.), при которых сам, без всякой помощи, построю величественный собор во имя Александра и дворец государю""."
"Тетради В. П. Конашевича, написанные карандашом, содержали и философские рассуждения, и практические распоряжения:
Эту тетрадь прошу передать брату моему Федору Григорьевичу и дяде по матери… Они распорядятся изложенными здесь идеями по своему усмотрению.
Я просил бы земский собор признать их наследниками моих родовых прав… Здесь есть металлический дом, изобрешенный мною, очень дешевый и удобный для крестьян. Прошу вас, господин комендант, передать также и это начальству для сообщения Его Величеству. Исследователи отмечают, что тон прошений В. П.
