И это проклятое письмо должно было появиться в газете, даже несмотря на то, что я настаивала, говоря, что мне как-то неудобно, однако, по их мнению, оно было нужно им, чтобы придать истории правдоподобность.
Мой дядя Девон связался с нами, как только репортаж опубликовали. У меня не было возможности поговорить с ним, но нам передали его приглашение встретиться и пообщаться лично.
– И что ты собираешься делать? – спросила меня Мэгги, которая составляла мне компанию с тех пор, как мне стало лучше.
Понятия не имею.
С одной стороны, у меня был Алекс, недоверявший никому, потому что все еще не мог определить, ктоотправил ему записку с угрозой, что он получил сразу по прибытии с Бали, с другой, нельзя было отрицать моего желания встретиться с человеком, который был братом моего отца… Даже если он мог представлять для меня опасность. Глубоко внутри во мне пробудилась потребность, возникшая тогда, когда яначала копаться в своем прошлом. Потребность принадлежать какому-то месту, узнать, где были мои корни, узнать, кем был мой отец, желание познакомиться с семьей, которая у меня была, потому что кроме бабушки Куты у меня больше никого не осталось.
– Тебе следует сходить… – настаивала Мэгги. – Знаешь, встретиться с ним лично, поговорить, посмотреть, что он тебе скажет, что он вообще тебе расскажет и как объяснит, что исчез из твоей жизни на все эти годы.
По правде говоря, я ничего не понимала… даже думать не могла о возможности того, что брат моего отца мог иметь какое-то отношение к его смерти.
Все это было слишком жутко, но нельзя было игнорировать все эти знаки.
– Будь он замешан во всем этом, зачем ему тогда предлагать встречаться со мной?
– Потому что именно этого от него ожидают люди, – ответил мужской голос у меня за спиной.
Я сидела на кровати, повернувшись спиной к двери, уже одетая и готовая уйти.
Алекс вошел в палату, пока не оказался в поле моего зрения, встав рядом с Мэгги, которая внимательно изучала его.
– То есть ты исключаешь такой вариант, что он не виноват, да? – спросила его моя подруга.
Алекс секунду смотрел на нее, но, отвечая, устремил свои карие глаза на меня.
– Он – единственный в этой истории, у кого есть логичный мотив.
– Логичный? Что же логичного в том, чтобы убить мою семью?
– Так он сможет все унаследовать, – спокойно ответил парень. – Люди совершают настоящие безумства ради денег.
– И что же тогда делать? Ты все же встретишься с ним? – снова спросила Мэгги, в ее голосе слышались недоверие и нервозность.
